<<
>>

Философская и специальные герменевтики: согласие и разногласия.

Герменевтика - это неоднородное течение научной мысли, которое можно разделить на общую герменевтику и специальные. Ее становление как метода связано с философской рефлексией такого явления как интерпретация реалий, с которыми сталкивается человек в процессе своей жизнедеятельности.

До сих пор не утихают споры о том, что следует называть общей герменевтикой, философской герменевтикой, и как выделить специальные герменевтики в их соотнесении с критериями научности. Для решения задач нашего исследования тех реалий, которые осмысляются в философии с помощью понятия «конфликт интерпретаций» (П. Рикер) отделение общего методологического уровня герменевтики необходимо по следующим причинам:

Во-первых, это нужно для выяснения того, как относились к конфликту интерпретаций в разных «герменевтических традициях»: является ли его возникновение неизбежным или возможна некая бесконфликтная герменевтика; полезен ли конфликт интерпретаций для определенных целей или, напротив, препятствует их достижению.

Во-вторых, выявление общего метода и сравнение его со специальными герменевтиками позволит установить причины возникновения конфликта интерпретаций. Сравнение различных представлений в контексте общей и специальных позволит разобраться, что в герменевтическом методе является

константным, обязательным, а что вариативным. Ведь вариативное - одна из возможных причин конфликтных разногласий при выработке интерпретаций.

Различные способы и правила интерпретации текстов зарождались внутри религиозных традиций. Герменевтическая практика была связана, прежде всего, с необходимостью толковать тексты священных книг в древности. По всей видимости, отсюда идея об этимологической связи слова «герменевтика» с именем бога Гермеса, - посредника, который был призван доносить до людей божественную волю1. Итак, на раннем периоде своего развития герменевтика возникает в целях выявления истины, имеющей сакральный источник.

Она была способом расшифровывать ее и делать понятной для людей.

Однако, несмотря на широкую востребованность интерпретаций текстов, теория герменевтики как науки о толковании появляется довольно поздно. Как справедливо замечает В. Дильтей, тексты, посвященные католической экзегезе, а именно сочинения Оригена, Тикония, Августина и Юнилия, «как ни важны они для истории канона и догм, но научной разработкой назвать эти большей частью разрозненно перечисляемые, нагромождаемые всегда без связующего принципа правила все-таки нельзя»[27][28]. Иными словами, эти тексты дают только частные рекомендации и указывают на разрозненность католической герменевтики. В какой же момент герменевтика перестает быть разрозненным набором различных методик и традиций и обретает самосознание? У истоков общей герменевтики стоит Ф. Шлейермахер, который попытался представить герменевтику как методологию, выявив универсальный методологический уровень практик интерпретаций, а также проведя границы между универсальной и специальными герменевтиками. Он был убежден, что специальная герменевтика ненаучна и непоследовательна, так как стремится к пониманию без опоры на четкие правила и процедуру понимания. С точки зрения Ф.

Шлейермахера, неотъемлемым признаком научной и философской герменевтики является рефлексия над методом.

Идея Ф. Шлейермахера о том, что герменевтика нуждается в философско-методологической рефлексии, безусловно, верна. Эта задача не утратила своей актуальности до сих пор, несмотря на большую работу, проделанную философами и учеными-гуманитариями в этом направлении. Герменевтика черпает свой эвристический потенциал из самых различных дисциплин, представителям которых приходится иметь дело с текстами, то есть интерпретировать эти тексты. В этой связи крайне необходимо тщательное исследование правил толкования, его целей, средств и методик. Выделение некоего общего алгоритма и его осмысление и есть задача философии, именно она отличает универсальную философскую герменевтику от серии наблюдений в специальных дисциплинах.

Любое описание и осмысление герменевтики до Ф. Шлейермахера сводилось к попытке сформулировать правила толкования текстов определенного рода, основанной, к тому же, на специфических представлениях о реальности и философских мировоззренческих идеях, не являющихся универсальными. Это значительно сужало возможности и методические горизонты герменевтики. Так например, это выражалось в нелепой попытке исключить из сферы применения герменевтики сакральные и поэтические тексты по той причине, что герменевтику необходимо применять только в отношении «темных мест» текста, которые неизвестны читателю в связи с его неосведомленностью о предмете текста. Сюда же относятся и попытки разделить герменевтику на сакральную и обыденную, и полностью рационализировать процедуру или наоборот, представить её как инсайт.

При рассмотрении истории герменевтики можно отследить две идеи, послужившие предпосылками универсальной герменевтики. Первой из них стала мысль, вызревшая в протестантской культуре: любой человек способен самостоятельно интерпретировать текст Священного Писания и не нуждается

для этого в специально обученных посредниках. Признание этой идеи предполагает, что для получения валидной интерпретации не нужно обладать каким-то специальным ключом к тексту, то есть набором знаний, которые передаются вне текста и якобы являются необходимыми для его понимания. Толкование текста через призму определенной традиции не является единственно возможным, а следовательно, достаточно знания языка текста и метода для того, чтобы интерпретировать.

Ф. Шлейермахер в своих ранних работах высказал вторую важную для становления научной герменевтики мысль о том, что существуют общие методики интерпретации и критики текста, которые применимы к текстам самого разного рода, в том числе к сакральным текстам. «Правила же герменевтики всеобщи, насколько понимание речи вытекает из природы предположения и насколько вся человеческая жизнь есть одно и то же»[29]. Отсюда следует, что абсолютно любой текст может стать объектом интерпретации.

Таким образом, универсальная научная герменевтика сформировалась на базе двух предпосылок: во-первых, что интерпретация текста является общедоступной (разумеется, при условии знания человеком языка, на котором написан текст) и не требует приобщенности к сакральному знанию или специального таланта (который, разумеется, может облегчить работу или улучшить ее качество, но не является неотъемлемым условием для интерпретатора), и, во-вторых, что герменевтику можно свести к единому базовому методу для текстов любого рода и жанра.

Второе, однако, не означает, что жанровые и дисциплинарные особенности не могут влиять на герменевтическую процедуру и не вносят своих корректив в работу интерпретатора. Здесь и проходит одна из возможных границ, по которым можно разделить герменевтику на общую и специальные.

Следует также отметить, что существуют различные критерии выделения специальных герменевтик и под термином «специальная герменевтика» могут пониматься разные дисциплинарные практики. Так, выделение специальных герменевтик может иметь синхронический (дисциплинарный) и диахронический характер (герменевтики определенных исторических периодов). Разделение здесь основано не только на материале (собственно корпусе текстов), которым занимается та или иная герменевтика, но и на предпосылках, с которыми интерпретатор к этим текстам подходит. Иначе говоря, критерием разделения могут считаться как специфические объекты интерпретации, так и специфический контекст (установки). Например, исторической герменевтикой можно назвать не только герменевтику текстов архивов и летописей, но и герменевтику художественных текстов с целью прояснить исторические факты. Цель интерпретатора в данном случае будет тем контекстом, ввиду которого его работу можно отнести к исторической герменевтике. То же самое относится и к диахроническому аспекту: так, под герменевтикой романтизма может скрываться как интерпретация собственно романтических текстов, так и интерпретация более ранних текстов, проводимая в эту эпоху с соответствующими установками.

Помимо герменевтик различных дисциплин и исторических периодов, представляется логичным рассматривать ряд авторских герменевтик в качестве специальных, так как большинство из них не претендуют на звание универсального научного метода. Анализируя историю развития герменевтики, В. Дильтей выделял ряд специальных герменевтик, ограничиваемых методиками конкретных авторов дошлеермахеровского периода[30]. В частности, он рассматривает системы Флация, Вольфганга Франца, Глассия, Кристиана Вольфа, Баумгартена и др. Дильтей подходит к этим специальным герменевтикам критически, осмысляя их на предмет продуктивных и непродуктивных идей и элементов, руководствуясь целью

создать целостный метод, который мог бы претендовать на звание метода гуманитарных наук. По его мнению, эти методики носят скорее характер течений в русле огромной герменевтической традиции.

Разделение герменевтики на общую и специальную также может быть проведено в зависимости от специфических задач, которые ставит перед собой интерпретатор. В таком случае под общей герменевтикой понимается поиск в текстах универсального и объективного, а под специальной - понимание индивидуальных неповторимых особенностей и субъективных элементов.

Ф. Шлейермахер, попытавшийся впервые осмыслить герменевтику как универсальный метод, в своих лекциях соотносит специальную герменевтику с индивидуальными аспектами текста. Он выделяет грамматическое и психологическое толкование, однако не следует отождествлять грамматическое толкование с универсальной герменевтикой, а психологическое, соответственно, со специальной. В грамматическом толковании к универсальной части относится то общее, что есть в человеческом языке и мышлении, в психологическом - общее в человеческих жизнях и опыте. «Единство произведения при грамматическом толковании есть устройство языковой области, и основные черты композиции проявляются там в организации способов соединения. А здесь единством является предмет, то, что побуждает автора к сообщению. Объективные отличия, является ли, например, обработка популярной или научной, тем самым, уже подразумеваются»[31]. Таким образом, в системе Ф. Шлейермахера универсальная герменевтика включает и грамматическое, и психологическое толкование. Специальная же герменевтика призвана формулировать специфические смыслы, связанные с индивидуальными особенностями текста или субъективным опытом автора. Именно в этой, специальной части интерпретации большую роль играет языковая интуиция и талант понимания толкователя, ибо на первый план здесь выходит способность сопереживать

другому, понимание людей, нестандартный ход мышления и чувство языка. При таком разделении универсальные смыслы будут более обобщенными, абстрактными, а специальные - более конкретными. Ф. Шлейермахер связывает универсальное в человеческом обществе с понятием символа, который отражает то универсальное, что есть в обществе. Тем не менее, в каждом индивиде существует также то индивидуальное и невыразимое, что относится к сфере чувств и связано с личным опытом каждого субъекта и его природной неповторимости. Это личное может быть понято другим через отсылку к универсальному, к символу, например, индивидуальная любовь может быть условно выражена через символ любви1.

Однако опираясь на такой критерий как поиск индивидуального, полностью отделить специальную герменевтику от универсальной в рамках интерпретации конкретного текста (без использования сравнительных методов) будет затруднительно. Это разделение условно, поскольку для понимания абстрактных философских проблем, их актуализации и включения в сферу собственного опыта человеческому сознанию необходим конкретный материал. В частности, Э. Тиссельтон отмечает идеи Г.Г. Гадамера и позднего Л. Витгенштейна о том, что вне конкретных ситуаций (контекста) нельзя понимать и рассматривать концептуальные философские проблемы и вопросы[32][33]. Таким образом, вопрос о соотношении универсального и специального в тексте отсылает к таким оппозициям, как абстрактное - конкретное, текст - контекст.

К решению проблемы соотношения общего и индивидуального радикально подходит В. Дильтей. В попытке разработать методологию наук о духе, отталкиваясь в своем понимании гуманитарного метода от методов естественнонаучных, он предпринимает попытку свести герменевтическую процедуру к восприятию индивидуального. В отличие от природы, которую необходимо объяснять, понимание душевной жизни происходит через

переживание внутреннего контекста индивида, написавшего текст, таким образом и выстраивается понимание. Происходит разделение познавательных процессов на объяснение и понимание. И хотя абсолютизация этого принципа представляется крайностью, его использование может быть полезно и продуктивно в научной герменевтике на некоторых этапах герменевтической процедуры. Особенно такой подход полезен в случае, когда текст касается действительно редких и уникальных явлений и событий.

Несмотря на проблемность, модель контекстной, конкретизирующей герменевтики получила довольно широкое развитие в различных гуманитарных дисциплинах. В частности, из нее вырос метод case studies, или кейс-анализ, который активно применяется как в отношении текстуальных ситуаций, так и в отношении социальных. Метод кейс-анализа направлен на выявление индивидуального и специфического в ситуации (контексте). При условии широкого понимания природы текста (включающей невербальные, культурные и социальные тексты) он может быть представлен в качестве разновидности герменевтического метода в его специальной разновидности. И. Т. Касавин называет в качестве представителей этого метода историка А. Койре и антрополога М. Дуглас.[34]

Тем не менее, следует заметить, что объяснение как противопоставление пониманию применимо не только в естественных науках, и не только к объектам природы, но и в гуманитарных науках по отношению к культуре. Объяснение, однако, в отличие от понимания, направлено на типическое, объективное и универсальное, а понимание - на единичное, субъективное, особенное. С точки зрения объяснения, любой человек - это частный случай какого-то общего правила и закономерности. С точки зрения понимания - любой человек является уникальным случаем, и никакие сравнения и классификации не помогут его понять. Таким образом, можно сделать вывод,

что универсальная герменевтика занимается объяснением, а специальная - пониманием, хоть это разделение и условно.

При разделении герменевтики на общую и специальные логично будет разделить вторую группу на более специальные и менее специальные. Некий общий базовый метод, отвечающий за поиск объективных смыслов, применим ко всем видам текстов. Специальные же герменевтики можно классифицировать по степени их специализации. Наиболее широкими будут герменевтики, ограниченные дисциплинарными рамками исследуемых текстов: исторические и юридические тексты, художественная литература, и т.д. Далее следуют еще более специальные герменевтики, имеющие дело с жанровыми особенностями текстов или же с текстами определенного хронологического периода. Данную классификацию можно продолжать вплоть до единичных текстов. Однако это отнюдь не означает, что у каждого текста имеется своя специальная герменевтика. Для того, чтобы возникла необходимость в специальной герменевтике, текст должен обладать некими значительными особенностями, из-за которых универсального метода становится недостаточно. Это могут быть языковые или психологические особенности. К примеру, Ф. Шлейермахер утверждает, что для истолкования Нового Завета требуется специальная форма герменевтики в связи с уникальным сочетанием еврейского и греческого языков в тексте. Другим примером специальных текстов могут быть бредоподобные идеи душевнобольных людей, очевидно возникающие ввиду очень специфического и индивидуального опыта больного; техника истолкования подобных текстов является спорной и выступает предметом научно-философских дискуссий. Также герменевтика будет тем более специальной, чем больше предпосылок и специфических мировоззренческих установок будет лежать в ее основе.

Значительные разногласия существуют в отношении вопроса интерпретации художественных текстов.

Ф. Шлейермахер разделяет тексты по значимости для языка, выстраивая своеобразную ценностную цепочку разновидностей текстов: Rede (речь) -

Text (композиционно организованная речь) - Werk (произведение) - Lebenswerk (произведение всей жизни).1 Для него интерпретации прежде всего следует подвергать тексты, значимые для языка. В эту группу Ф. Шлейермахер включает тексты, способствующие развитию языка через формирование новых слов, оттенков и значений. Среди этих текстов значительное место занимают художественные ввиду их классичности и одновременно оригинальности. Бытовые же тексты, напротив, по мнению философа, ценности для языка не имеют, так как занимаются исключительно повторениями (например, разговоры о погоде[35][36]). Существуют, однако, и другие позиции, вплоть до крайностей, когда интерпретация поэтических текстов признается невозможной ввиду их глубокой метафоричности и отсутствия единого закладываемого автором смысла. С этой точки зрения поэтический текст является слишком специфичным для научного толкования, поскольку понимание его практически целиком зависит от таланта интерпретатора и лежит, таким образом, в сфере интуитивного.

Трудности при интерпретации художественного текста могут быть также связаны с неясностью целеполагания автора. Цель в данном случае может выступать дополнительным контекстом для формирования специальной герменевтики. Так, если в отношении большинства речевых актов цель их более-менее утилитарна и понятна (например, речь адвоката в суде, историческая хроника, письмо и т.д.), то дискуссии о целях и задачах искусства не умолкают до сих пор.

Таким образом, герменевтика художественных текстов представляет собой пример неоднородной и довольно широко ориентированной специальной герменевтики, которая может быть разделена на ряд различных специальных герменевтик в зависимости от тех положений, на которые опираются интерпретаторы, в том числе о цели текста.

Г.Г. Гадамер также рассматривает проблему сопоставления и противопоставления общей и специальных герменевтик. В своей работе «Истина и метод» он применяет к герменевтическому методу диахронический подход и, соответственно, выделяет не только такие разделы герменевтики, как юридический, филологический и исторический, но и те, что соответствуют определенным историческим периодам - античную герменевтику, традиционную герменевтику, герменевтику романтизма и эпохи просвещения. Г.Г. Гадамер рассматривает различные предпосылки интерпретации в специальных дисциплинах, а также в определенных исторических периодах. Специфичность специальных герменевтик он видит в особенности их задач и предрассудков, исходя из которых они призывают интерпретировать. Сопоставляя их, Г.Г. Гадамер приходит к выводу, что многие из важных и полезных правил и установок в традиционной герменевтике были забыты в постромантическую эпоху. В частности, таким забытым этапом герменевтической процедуры является применение[37].

Применение - третий наряду с пониманием и истолкованием этап герменевтической процедуры. Ввиду слияния первых двух этапов он оказывается в слепом пятне, хотя без него интерпретация текста затруднена или даже невозможна. Применение тесно связано с целеполаганием в герменевтической процедуре, без которого мотивация интерпретатора будет низкой или вовсе отсутствовать. Теоретические задачи при толковании текстов, как правило, интересны узкому кругу людей, это прежде всего ученые, философы, идеологи и т.д. В еврейской традиции герменевтика зарождается непосредственно ввиду необходимости решать конкретные практические жизненные задачи, а интерпретация становится необходима прежде всего для поиска ответов на вопрос о том, как поступить в той или иной ситуации. То же можно сказать о герменевтике юридической, которая по сей день носит прежде всего прикладной практический характер. Поэтому ответ на вопрос «зачем?» является принципиально важным для начала

герменевтической процедуры. Разные цели могут привести к разным интерпретациям, и, как следствие, создать конфликт.

В качестве миссии общей герменевтики Г.Г. Гадамер видит философскую рефлексию над методами, способами, условиями и особенностями процесса понимания, как бы он ни происходил - осознанно или неосознанно, методически или интуитивно. «Понимание само оказывается свершением, и задача герменевтики заключается, с философской точки зрения, в том, чтобы поставить вопрос о природе этого понимания, этой науки, которая сама вовлечена в процесс исторических изменений»1. Таким образом, Гадамер отказывается от идеи герменевтики как научного метода в пользу философской герменевтики. Тем не менее, он не отрицает наличия методического каркаса, на котором строятся специальные герменевтики и который, собственно, позволяет причислять различные методики и приемы прочтения текстов именно к герменевтическим. В его представлении, философская герменевтика - это рефлексия над герменевтическими методиками и традициями с точки зрения выявления закономерностей и разногласий в различных способах интерпретации текста в попытке осмыслить человеческую способность понимания и ее механизмы.

Подобное понимание философской герменевтики соотносится с рикеровским анализом идеи Марселя о двух ступенях герменевтики. Первой ступенью применительно к герменевтическому методу будет являться собственно интерпретация текста. Вторая же ступень - «это мышление, которое осознает собственные разлагающие потенции и направлено на их устранение» [38][39]. Между этими двумя ступенями, по мнению П. Рикера, существует диалектическая связь. Такая конструкция возвращает к идее герменевтического круга, предлагая еще одну его версию: движение от понимания текста к осознанию способа собственного понимания и его коррекции.

П. Рикер, следуя за М. Хайдеггером, возводит проблематику философской герменевтики до гносеологии, герменевтика в его понимании - философский метод познания человеческого существования, область «аналитики того бытия, Dasein, которое существует, понимая»1. Понимание в этой концепции сходно картезианскому «я мыслю», определяющему бытие. В этом значении любая рефлексия над герменевтическим методом всегда будет иметь отношение к философскому познанию человека, и ее конечный объект - человеческое существо, а отнюдь не интерпретируемый текст, который является лишь посредником.

П. Рикер также указывает на принципиальную для философской герменевтики позицию в отношении конфликта интерпретаций. С его точки зрения, для герменевтики «универсум знаков не закрыт», то есть смысл текста находится на стыке лингвистических значений слов в тексте и жизненного опыта. Именно это открывает широкие возможности для появления огромного количества различных герменевтик и превращает герменевтику в «арену борьбы атакующих друг друга философских проектов»[40][41].

Герменевтики вступают в конфликт ввиду того, что их целеполагание различно. Так, Рикер соответственно целеполаганию выделяет два возможных различных подхода к интерпретации: герменевтику подозрения, направленную на демистификацию смыслов, и герменевтику доверия, говорящую о взаимосвязи смыслов. В книге «Конфликт интерпретаций» П. Рикер рассматривает в качестве примера первой фрейдистский дискурс, а в качестве второй - христианскую экзегезу. Философия же служит в конфликте интерпретаций своеобразным арбитром; однако это не означает, что она решает, какая интерпретация правильная, а какая нет. Цель философа - исследование понимания с помощью сравнения различных герменевтик и их взаимодействия в конфликте интерпретаций. По сути, философская

интерпретация - это своеобразная интерпретация интерпретации, включающая анализ самого герменевтического процесса и дискурса, исходя из которого он выстраивается; «философская интерпретация добавляет к архитектонической перестройке произведения нечто такое, что принадлежит другому дискурсу - дискурсу философа, который мыслит, исходя из Фрейда, то есть идя следом за ним, вместе с ним и навстречу ему»[42].

Исходя из всего вышесказанного, легко увидеть, что соотношение между специальными, научной и философской герменевтиками выстраивается следующим образом. Специальные герменевтики в большинстве случаев понимаются как некие специфические методики и традиции, а также авторские герменевтики и герменевтики конкретных исторических периодов. Они неизбежно вступают между собой в конфликт при работе с одним и тем же текстом ввиду его принципиальной символической незавершенности. Конфликт происходит из-за специфичности этих герменевтик, различия в целеполагании и установках, исходя из которых создается интерпретация. Тем не менее, у специальных герменевтик есть нечто общее, а именно то, что делает их герменевтиками, а не чем-то еще. Именно это общее может быть вычленено и сформулировано в алгоритм, который ложится в основание научной герменевтики. Научность в данном случае обеспечивается нормативностью, логикой, соблюдением процедуры и другими научными критериями. Этот универсальный научный метод, являясь общим методом для гуманитарных наук, тем не менее, будет также обрастать специфическими установками и задачами в зависимости от дисциплины, в которой его применяют. В нем может быть разное соотношение универсального и специального, как в смысле сосредоточения на общем и индивидуальном, так и в смысле набора методик и предрассудков. По сути, соотношение между универсальной и специальными герменевтиками представляет собой еще одну разновидность герменевтического круга.

Единственным способом выйти из этого круга (который, тем не менее, отнюдь не является порочным, а лишь описывает методологическую структуру герменевтики как способа восприятия текстов) является выход на метапозицию, на уровень философской герменевтики. Философская герменевтика позволяет посмотреть на интерпретацию с различных ракурсов, путешествовать по герменевтическому кругу и наблюдать его в разрезе и с высоты птичьего полета, и все это с целью рефлексии метода и установок, исходя из которых он используется, а также с целью исследования человеческого понимания как феномена.

1.2.

<< | >>
Источник: Ягудина Дина Сергеевна. КОНФЛИКТ ИНТЕРПРЕТАЦИЙ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук. Волгоград - 2016. 2016

Еще по теме Философская и специальные герменевтики: согласие и разногласия.:

  1. Философская герменевтика Х.-Г. Гадамера
  2. Глава 1 Философская герменевтика и когнитивный аспект ее методологии
  3. Глава 2 Логическая герменевтика и философская аргументация
  4. Абдуллин А.Р.. Философская герменевтика: Исходные принципы и онтологические основания: Препринт / Изд-е Башкирск. Ун-та. - Уфа,2000. 60 с., 2000
  5. ЧАСТЬ 3 ФИЛОСОФСКАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА
  6. Шадрин А.А.. Герменевтика смысла социально-философской дискурсив- ности: монография. - Ижевск: Изд-во «Удмуртский университет»,2009. - 142 с., 2009
  7. Бессилие научного метода перед темпоральностью бытия как исходная посылка философской герменевтики
  8. Специальные критерии правильной, или валидной, интерпретации
  9. Комментарии к Платону и работы по специальным платоническим проблемам.
  10. Аленевский Илья Андреевич. Эстетизация трактовки воли в современном философском дискурсе. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук. Санкт-Петербург - 2018, 2018
  11. Матвеев Сергей Рафисович. Философские истоки французского либерального консерватизма (Ф. Гизо, А. Токвиль). Диссертация на соискание учёной степени кандидата философских наук. Москва - 2014, 2014
  12. Глава 3 Феноменологическая герменевтика
  13. Герменевтика и деконструкция / Под ред. Штегмайера В., Франка Х., Маркова Б. В. СПб. 1999, 1999
  14. Деконструкция и герменевтика. К дискуссии о разграничении
  15. Глава 3 Герменевтика и искусственный интеллект
  16. Шульга Е.Н.. Когнитивная герменевтика. — M.,2002. - 235 с., 2002
  17. Глава 3 Библейская герменевтика: типология истолкования
  18. Предмет герменевтики и ее когнитивные границы