<<
>>

Глава 3 Библейская герменевтика: типология истолкования

Библейская герменевтика изучает общие принци­пы библейского истолкования. Она возникла, как мож­но было заметить, независимо от античной герменев­тики, но позднее, со временем, восприняла ее осново­полагающие элементы.

Первым и основным принципом библейской герменевтики уже начиная с эпохи Ветхого Завета, было отношение верующих к Священному Пи­санию как к Слову Божию. Такое отношение требовало к себе принципиально иного подхода, чем тот, который обычно использовался при истолковании литературных произведений античности или поздней классики. По­этому как для иудаистов, так и для христиан на протя­жении всей их истории главной целью герменевтики и ее экзегетических методов, используемых в истолкова­нии, было открытие истины и ценности Библии.

Священный статус Библии в иудаизме и в христи­анстве покоится на убеждении, что эта книга является вместилищем божественных откровений. Такое общее понимание Библии как Слова Божьего не является, тем не менее, результатом одного единственного (или од­нородного) принципа ее интерпретации. Многовеко­вая практика истолкования и комментирования Биб­лии выработала самые разные подходы и требования к пониманию содержания и смысла Библии. Некоторые

ее толкователи настаивали на том, что интерпретация Библии должна всегда быть буквальной, на том лишь основании, что Слово Божье эксплицитно и полно. Другие настаивали на том, что Слово, содержащееся в текстах Библии должно всегда иметь более глубокий духовный смысл, потому что Божье послание и истина являются самоочевидно глубокими. Утверждалось, напри­мер, что некоторые части Библии должны трактоваться буквально, а другие — переносно и т.д. В результате, в библейской герменевтики возникли и оформились четы­ре главных типа истолкования: буквальное, моральное, ал­легорическое и мистическое (или апагогическое).

Буквальное истолкование утверждает, что библейс­кий текст должен быть истолкован согласно его про­стому значению, переданному посредством граммати­ческой конструкции (т.е.

посредством предложения), которое понимается и истолковывается согласно исто­рическому контексту. Буквальное значение считается передающим намерение автора. Этот тип истолкования довольно часто (но не необходимо) ассоциируется с верой в вербальную инспирацию Библии, согласно ко­торой индивидуальные слова божественного послания были божественно выбраны. Такие взгляды не могли не подвергаться критике. Экстремальные формы этого взгля­да критиковались на основе того, что они не учитывают в точности очевидную индивидуальность стиля и слова­ря, обнаруженного у различных библейских авторов.

Например, Иероним — влиятельный библейский исследователь 4-го столетия — защищал буквальное истолкование Библии в противоположность характер­ному для того времени аллегорическому истолкованию, которое он считал избыточным. Первенство букваль­ного смысла текста Библии над всеми остальными ти­пами истолкования позднее защищали такие различ­ные личности, как Фома Аквинский, Николай Илла- рийский, Жан Коле, Мартин Лютер и Жан Кальвин.

Вторым типом истолкования библейской герменев­тики является моральное истолкование, которое стремит­ся установить экзегетические принципы, по которым могут быть в дальнейшем извлечены этические уроки из различных частей или различных мест Библии. Пись­ма Варравы (100 г. н.э.), например, иллюстрируют осо­бенность «морального истолкования» при истолкова­нии законов поста, предписанных книге Левитов. Так, закон поста запрещает употреблять в пищу плоть неко­торых животных (или, согласно тайному учению Каб­балы, этот закон интерпретируется как запрет поедать часть живого создания). Но не на том основании, что мясо данного животного по каким-то причинам вредно для человека, а скорее из-за пороков, образно ассоции­рованных с этими животными.

Более сильным аргументом в пользу значения «мо­рального истолкования» является отношение к древним иудейским пророкам63. Согласно учению иудаизма, пророки, представляющие Бога, требуют только святых действий.

Подобный принцип понимания и морально­го истолкования широко используется в период поздней античности, когда миф интерпретируется греческими герменевтиками согласно принципу моральной реаби­литации действий и поступков героев мифа и заверша­ется (в частности, у Платона) их полной моральной идеализацией.

Аллегорическое истолкование — третий тип библей­ской герменевтики, истолковывает библейские повество­вания как имеющие второй уровень понимания — по ту сторону личностей, вещей и событий, упомянутых в тексте. Частной формой аллегорического истолкования является типологическое истолкование, согласно кото­рому ключевые фигуры, главные события и отдельные предписания из Ветхого Завета рассматриваются как типы пророческих предзнаменований личностей, событий и объектов в Новом Завете. Согласно этой теории пони-

мания, Бог подразумевается с самого начала, поэтому такие образы, как, например, Ноев ковчег Ветхого Заве­та ассоциативно и аллегорически воспринимается и рас­сматривается как «тип» христианской церкви.

Филон Александрийский — эллинизированный ев­рейский философ и современник Иисуса Христа, изве­стен тем, что написал аллегорический комментарий Септуагинты, т.е. греческого перевода Пятикнижия. Например, уже в самом начале грекоязыческого толко­вания Библии возникло представление о божественных словах, творящих мир. Эта интерпретация была хоро­шо знакома Филону, повторялась и развивалась им. Другой характерной чертой философии Филона был платонизм, лежащий в основе его философского миро­созерцания, однако принимал в его трудах отчетливую мистическую направленность. К такому выводу нас под­водит весь текст сочинения Филона, подчиненного глав­ной цели автора — показать, как душа человека возвра­щается на свою небесную родину, приближаясь к Богу64. Комментируя построчно самые разные места Септуагин­ты, Филон упорно находит в них единую направленность этого подлежащего комментированию смысла.

Конечно, Филон был не первым, кто использовал метод аллегорического истолкования в толковании Вет­хого Завета.

Такие попытки были предприняты уже во 2 в. до н.э., в частности, придворным философом Пто­лемея Филометора иудеем Аристобулом, который ком­ментировал Ветхий Завет в духе пифагорейской фило­софии. Наконец, в том же 2 веке до н.э. пифагореец Нумений из Апамеи, который не имел прямого отно­шения к иудаизму, составил аллегорический коммен­тарий к Ветхому Завету. Нумений интерпретировал его в духе Платона, и ему принадлежит знаменитое выска­зывание: Кто такой Платон, как не Моисей, говорящий по-аттически?

Вслед за Филоном общая направленность аллего­рического принципа истолкования была воспринята христианином Климентом Александрийским, который разыскивал аллегорический смысл библейских текстов и при этом открывал глубокие философские истины в обычном звучании заповедей и повествовании Библии. Его последователь Ориген систематизировал эти гер­меневтические принципы. При этом он различал бук­вальный, моральный и духовный смыслы, и признавал духовный — аллегорический смысл в качестве высше­го. Например, размышляя о причинах бытия и причи­нах различия между людьми, Ориген пишет: «...это раз­личие получило начало не от воли или решения Создателя, но от определения собственной свободы тварей. Бог же, признающий справедливым управлять Своим творением сообразно с его заслугами, направил это различие умов к гармонии единого мира; из различных сосудов, или душ, или умов Он создал как бы один дом, в котором должны находиться сосуды не только золотые и серебряные, но и деревянные, и глиняные, и одни сосуды — для почетного употребления, другие же — для низкого». Таковы, по Ори­гену, причины разнообразия в мире. «При таком пони­мании, — рассуждает дальше Ориген, — Творец не ока­зывается несправедливым, так как Он поступает с каж­дым по заслугам, сообразно с предшествующими причинами, счастье или несчастье рождения каждого и все прочие условия существования не признаются случайными, и, на­конец, не утверждается существование различных твор­цов или различие душ по природе»65. И смысл этой тайны, согласно Оригену, содержит Священное Писание: (Рймл. 9.11—13; 9.14.) или(2 Тим. 2.20—21).

В Средние Века оригеновский троякий смысл Писания, объединяющий в себе буквальный, мораль­ный и духовный смыслы, был расширен путем деле­ния духовного смысла на аллегорический и анагоги- ческий смысл.

Четвертый тип библейской герменевтики — анаго- гическое, или мистическое истолкование. Посредством этого способа интерпретации экзегет (т.е. тот, кто за­нимается экзегетикой), стремится объяснить библейс­кие события так, будто бы они предсимволизируют воп­лощение этих событий в реальной жизни. Например, многочисленные мистические истолкования Открове­ния Иоанна (Апокалипсиса). Такие подходы к Библии характерны и для иудейской каббалы, которая пытает­ся раскрыть нумерологическое значение ивритских букв или слов, придавая им смысл и раскрывая значение преданий, восходящих к устной традиции еврейского народа66. Каббала оперирует с буквами еврейского ал­фавита, которые она рассматривает как активные силы, присваивая каждой из них, под видом иероглифа, осо­бый атрибут божества, что позволяет искусному кабба- листу проникать в тайны божества. Владимир Соловьев называл каббалу «мистической философией евреев», в которой рассматривается и разбирается сущность Бога (настолько, насколько это доступно человеческому по­ниманию), строение Вселенной и эволюция души.

В настоящее время смещение герменевтических акцентов к тем или иным, рассмотренным нами, типам истолкования и объяснения отражает академические и философские тенденции, соответствующие потребнос­ти нашего времени. В XX веке уже явно фигурируют историко-критическое, экзистенциональное и структур­ное истолкование, тогда как на уровне истолкования профетического смысла или апокалиптического мате­риала событий нынешних дней XXI века эти типы ин­терпретации продолжают энергично развиваться в не­которых кругах.

<< | >>
Источник: Шульга Е.Н.. Когнитивная герменевтика. — M.,2002. - 235 с.. 2002

Еще по теме Глава 3 Библейская герменевтика: типология истолкования:

  1. Глава 3 Герменевтика как искусство истолкования текста
  2. Очерк истории библейской герменевтики
  3. Глава 1 Библейский экзегезис: от текста к традиции
  4. Глава 1 Паранепротиворечивость и истолкование
  5. Глава 1 Исторические формы истолкования
  6. Глава 1 Философская герменевтика и когнитивный аспект ее методологии
  7. Иудейский экзегезис: типология смысла
  8. Глава 3 Феноменологическая герменевтика
  9. Глава 3 Герменевтика и искусственный интеллект
  10. Глава 2 Христианский экзегезис и герменевтика
  11. Глава 2 Логическая герменевтика и философская аргументация
  12. Универсальные корни аллегорического метода истолкования
  13. Символическое истолкование и понимание мира
  14. Методы истолкования прорицаний
  15. Истолкование как способ удостоверения знания
  16. Античная традиция истолкования «Алкивиада I».
  17. Мифология и личная религия греков. Первые опыты прорицания и истолкования
  18. Шульга Е.Н.. Когнитивная герменевтика. — M.,2002. - 235 с., 2002
  19. Глава2. Комментарий Прокла Диадоха на АлкивиадI ПЛАТОНА: МЕТОДЫ ФИЛОСОФСКОГО ИСТОЛКОВАНИЯ.
  20. Философская герменевтика Х.-Г. Гадамера