<<
>>

6.1. Ценностный подход к пониманию истории

а) специфика ценностного фактора

Особенностью философского знания является способность взаимного перехода концептуальных учений в методологические. Это в полной мере касается и аксиологии, которая проявляет себя не только как теория ценно­стей, но и представляет особый метод исследования и анализа бытия с по­зиции отнесения к ценности.

Применение этого метода не было характер­ным для классической рациональной философии, а также для научной фи­лософии в виде марксизма или позитивизма, что, возможно, и стало одной из причин кризиса подобных теорий в современную постнеклассическую эпоху. Попытка стремления к безоценочным суждениям, выступающая ха­рактерной чертой научного знания, была предпринята философами для противостояния религиозному мировоззрению еще в Новое время и приве­ла к тому, что после синтеза философии и теологии был намечен новый синтез философии и науки. Результаты этого процесса хорошо известны, и именно они во многом предопределили дальнейшее стремление философ­ского знания к самостоятельному существованию и развитию. Антигума­низм, антиэкологизм как следствия развития классической рационально­сти и безоценочного научно-философского знания стали причинами остро­го кризиса последнего века второго тысячелетия, что способствовало как возникновению существенных перемен в самой фундаментальной и при­кладной науке, так и демаркации философии от науки в целом.

Проявлением этих перемен стало внесение антропологического, субъективного, ценностного методов в качестве важнейших в философское знание, а в ряде случаев и в науку. В данном случае речь не идет о том,

чтобы все процессы и явления изучались и оценивались с точки зрения пригодности и полезности для человека, - эта позиция оказалась в доста­точной степени претворенной в жизнь и уже привела к своим последстви­ям. Перемены связаны с осознанием необходимости включения нрав­ственного, духовного знания в структуру знания рационального, научного.

Однако новой системы ориентиров для гармоничного, устойчивого, бес­кризисного развития пока нет, и их поиск обусловил необходимость повы­шения интереса к самому исследованию ценностей индивидуального и об­щественного бытия, поскольку именно им принадлежит роль направляю­щей силы в процессе становления нового качества.

В то же время теоретическое понимание и изучение ценностного фактора развития еще не имеет достаточного освещения в контексте совре­менного философского мировоззрения. Если само понятие ценности и ценностных ориентиров были объектом пристального внимания в европей­ской и отечественной философии, то дефиниция, анализ и оценка ценностного фактора в развитии еще не получили достаточно разработан­ной теории. Вместе с тем применение ценностного метода или подхода к пониманию развития в целом требует решения этой теоретической пробле­мы с учетом всех особенностей современной эпохи, не имеющей аналогов в известном нам прошлом.

Что представляет собой современный ценностный подход в понима­нии бытия в целом и истории человечества в частности? Ответ на этот во­прос необходимо начать с изучения ценностного фактора, утверждение ве­дущей роли которого и составляет в самом общем виде суть ценностного подхода.

Сложная внутренняя структура ценности, включающая в себя субъ­ективное и объективное, материальное и духовное не позволяет однознач­но отнести ценностный фактор к какой-либо отдельной группе материаль­ных, идеальных, биологических и других движущих сил процесса измене­ния и развития. Многоуровневость и включение свойств различных изоли­рованных принципов в единую синтетическую основу составляет одну из наиболее ярких особенностей ценностного фактора.

Включенность такого компонента ценности как переживание, пони­маемого как предпочтение на основе субъективных особенностей лично­сти, таких как любовь, ненависть, страдание, радость и т.д., делают ценностный фактор, в достаточной степени, относительным и обусловлен­ным целым рядом индивидуальных и коллективных психологических, во­левых, нравственных, интеллектуальных качеств и свойств.

В то же время теоретическое исследование ценностного фактора становится возможным и необходимым, в той же степени, как и возможность самопознания, вы­ступающего в данном случае главной и определяющей предпосылкой это­го процесса. Отнесенность к субъекту, спроецированность на его восприя­

тие, оценивание и понимание мира составляет, таким образом, следующую важнейшую особенность ценностного фактора.

В силу того, что ценности, являясь ориентиром жизнедеятельности и развития, указывают определенное направление процесса изменения, вы­ступая тем самым своеобразным проектом будущего в настоящем, ценностный фактор позволяет понять связь отдельных циклов или эпох становления бытия, осмыслить настоящее в его связи с прошлым и контро­лировать будущее через направление настоящего. Тесная связь ценностно­го фактора с временным и историческим параметрами является в этой свя­зи его следующей особенностью.

В отличие от других движущих сил ценностный фактор указывает не на природу источников изменения, а на направление изменения, движение по которому осуществляется с помощью материальных и идеальных, био­логических и социальных импульсов. При этом взаимосвязи ценностного и других факторов могут быть различны. Так, с одной стороны, он может быть обусловлен географическим или экономическим фактором, а с дру­гой, позволяет понять ориентир движения, осуществляемого под влиянием этих факторов. Но в чем же тогда собственный потенциал и сила ценностного фактора? Именно ценности становятся той причиной ради ко­торой потенциальные разнородные силы и факторы проявляются вместе, многократно усиливая друг друга. В стремлении к утверждению или во­площению ценности происходит сосредоточение, в процессе которого все слабые и сильные импульсы и факторы начинают работать в одном направлении. Монотонный физический труд, добыча пищи, спортивная тренировка, выполнение логической задачи - любая деятельность оказыва­ется многократно ускоренной и качественно усиленной, если оказывается связанной с ценностным (смысло-значимым и наполненным субъективным переживанием) стимулом.

Утверждение ключевого значения ценностного фактора, таким об­разом, не отвергает роли иных движущих сил в процессе развития, оно, скорее, предполагает их присутствие и проявление как необходимых по­тенций. Но именно ценностям отводится ведущее значение в понимании причин качественных сдвигов, когда внешнее обусловленное соединяется с внутренним субъективным. Таким образом, ценностный фактор это ис­точник, соединяющий в себе эмоциональные, волевые, нравственные, ин­теллектуальные и мистические способности человека или совокупности индивидов, выражающий субъективно-значимое стремление к осуществле­нию определенной цели. Аккумулирование различного рода духовных и физических способностей в едином направлении многократно усиливает возможности каждой из них в отдельности. Поэтому деятельность, осуще­ствляемая в направлении к ценности качественно отлична от «ценностно­нейтрального» поведения. Субъект обладает ценностным отношением как потенцией к изменению и совершенствованию бытия, также как бытие об­

ладает различными качествами, открытыми индивиду. Если изменение происходит случайно, автоматически, без направляющей цели, оно стре­миться к хаосу. Если имеет место внутренняя мотивация и осуществляется неслучайный выбор среди равных возможностей, неизбежно влияние ценностного фактора.

В истории человечества в различные эпохи развития с большей или меньшей силой проявлялись то одни, то другие движущие силы. Абсолю­тизация какой-либо из них была характерной чертой всей классической со­циальной философии, но современный период постнеклассического миро­воззрения внес свои коррективы. Наиболее успешным оказывается при­менение многофакторного подхода к анализу исторического процесса, ко­торый исходит из признания роли различных движущих сил, усиливаю­щихся или ослабевающих в различных эпохах. Ценностный фактор в этом контексте может играть как вспомогательную, так и ведущую роль, не ума­ляя значения биологического, социального или экономического детерми­низма. От эпохи к эпохе роль ценностного фактора в наибольшей степени проявлялась в кризисные, критические, пограничные периоды развития, когда фактор значимости и переживания становился выше, чем в периоды созидательного количественного накопления. Современная же эпоха отме­чена многомерным кризисом, в том числе и в отношении ценностных ори­ентиров прошлого. Поэтому ценностный фактор становится одной из глав­ных движущих сил и его недооценка в этом качестве способна привести как к самым пессимистическим прогнозам, так и иллюзорно необоснован­ным надеждам. Ценностный фактор показывает меру, в которой окружаю­щий мир обусловлен человеком, меру субъективиации бытия.

б) ценности как ориентир развития

Говоря о ценностном факторе в истории, нам неизбежно придется решить вопрос, почему ценности есть не результат развития материально­го бытия, а его направляющая сила. Для этого необходимо подчеркнуть, что ценностное понимание истории состоит в том, что она представляется знанием о человеке как самоопределяющемся существе. Что это означает? Начнем с того, что вспомним о господствовавшем на протяжении всей ис­тории однофакторном подходе к пониманию исторической реальности. Ис­ходя из доминирования того или иного фактора (движущей силы), история представлялась логической и строгой схемой, исключающей парадоксы. Так, развитие общества объясняли обусловленностью природными инстинктами - потребностью в пище, жилье, материальных благах (марк­сизм), потребностью в удовольствие (З. Фрейд), проявлением естественной борьбы за власть (Ф. Ницше), влиянием космических и природных процес­сов, вызывающих те или иные общественные изменения (Л. Гумилев, А. Чижевский) или объясняли их игрой слепой стихийной силы (А. Шопен­

гауэр). В каждом из случаев история выглядит объяснимой, ясной и похо­жей на задачу, ответ которой уже известен, необходимо лишь подобрать переменные. Но если посмотреть на живых людей, их интересы и поступ­ки, то можно заметить, что при действии на них одинаковых факторов при­родного, экономического или социального характера, они по-разному «от­вечают» на внешние обстоятельства. В одних и тех же географических условиях, при одном и том же экономическом развитии, в условиях опре­деленной солнечной активности и т.д. люди выбирают различные ценно­сти и ориентиры жизнедеятельности. Даже находясь в состоянии неудовле­творенности материальными условиями, одни выбирают путь аскезы, дру­гие - стремятся изменить существующее положение в рамках существую­щей традиции, третьи - становятся бунтарями или преступниками. Разби­раясь в причинах этого, мы начинаем указывать на различия в их воспита­нии, влиянии семьи, учителей, друзей, степень их религиозности, внушае­мости и т.д. Тем самым мы ищем ответы в индивидуальности самого чело­века, уникальности его генетических и приобретенных способностей. То есть «Ответом» всегда оказывается личность, глубинное «Я» человека. Но что представляет собой «Я» кроме умозрительной абстракции, предложен­ной философской рефлексией? Если мы попытаемся увидеть свою уни­кальность и обозначить контуры «Я», необходимо абстрагироваться от всего, что выступает по отношению к нему внешним того, что делает всех индивидов одинаковыми. Прежде всего, это причина нашей внутренней несвободы - биологическая природа, со всем многообразием потребностей и влечений. Во-вторых, это то, что вызывает внутреннюю цензуру «Я» со стороны общества, ориентируя его на следование предлагаемым нормам и стереотипа поведения. Если, помимо реализации природной программы и «социального заказа», в человеке остается нечто еще, связанное со сферой его собственного, не обусловленного средой выбора, то это и есть его экзи­стенциальный контур «Я». Эта сфера, вместе с тем, не должна быть обу­словлена и более сложными духовными актами, преследующими «первич­ные» природно-социальные цели, связанные со стремлением к вечной по­тусторонней жизни или достижением знания и информации ради облада­ния большим количеством власти. По сути, убрав в человеке, влияние всех внешних факторов, мы можем увидеть только tabula rasa - чистую доску, где нет никакой «самости», нет «Я». В большинстве случаев, вероятно, это будет наиболее реальным результатом. Однако, помимо витально ориенти­рованных субъектов и субъектов, стремящихся к включенности в социум, существует некий экзистенциальный тип субъекта, ориентированный на внутренние цели, не выводимые и порой противостоящие биологическим и социальным потребностям. Это не означает, что индивидуальность «Я» присутствует только у особенных, духовно развитых индивидов, способ­ных стать независимыми от внешних условий, хотя некоторые мыслители приходили именно к таким выводам. По нашему мнению, осознание пу­

стоты «Я» может быть не только выводом о его невозможности, но основа­нием для его обретения. То, что одному дается без усилий, у другого тре­бует множество времени и труда. Потенциальность нового качества и вну­тренняя свобода к обретению «Я» может никогда не реализоваться, даже вытесняться его биологическим и социальным «Не-Я», и в то же время од­нажды оказаться единственным основанием в поиске выхода из пережива­ния абсурдности внешнего мира. Уникальность и незаданность «Я» в вы­боре цели и деятельности, соответствующей его интеллектуальным и нравственным запросам, становятся основанием творчества ценностей, идущих не вслед бытию, а «над бытием», «впереди бытия», когда индивид, осознавая свои потребности, способен пренебречь ими и действовать по своему усмотрению. Субъект как самоопределяющееся существо способен оказывать влияние на окружающее его природное бытие и созданное по его замыслу бытие вещей. В то же время ценностный фактор не совпадает по смыслу с фактором субъективным, личностным. В отличие от последне­го, ценностный фактор позволяет увидеть не только роль индивида, но и общества или отдельных социальных групп, связанных едиными ценностя­ми. Говоря о субъективном факторе в истории, мы утверждаем возмож­ность влияния на ход и направленность социальных процессов способно­стей отдельной личности, предполагая, что в них может доминировать воля, интеллект, духовность, вера и т.д. Ценностный фактор позволяет увидеть в деятельности личности стремление к воплощению внутренне­значимых приоритетов, которые она трансцендирует вовне. Таким об­разом, ценностный фактор не совпадает, а пересекается с субъективным: с одной стороны, в деятельности личности присутствует ценностное основа­ние, а с другой, - ценностный фактор проявляется не только в активности индивида, но и определяет направление деятельности социальных групп и общества в целом.

Способность направить собственный, внутренний и общественно-при­родный, внешний потенциал к утверждению смысло-значимой цели со­ставляет главное основание ценностного фактора. В свою очередь призна­ние ценностного фактора направляющим общественные и индивидуальные процессы саморазвития означает применение ценностного подхода к пони­манию бытия.

в) экзистенциальная сущность ценностного фактора

Ценностный подход к пониманию истории, прежде всего, видит ее субъектом экзистенциального индивида, являющегося той силой мирозда­ния, которая ради служения идее, свободе, истине, красоте, любви способ­на не подчиниться всеобщим доминантам бытия. Вырабатываемые им ценности могут долгое время оставаться только внутренне значимыми, но способны оказаться определяющими для последующих поколений.

Ценностный подход оставляет за индивидом право на собственный шаг в истории, сделанный в результате осознания причинности и потенциальной свободы. Ценностная свобода, при этом не сводится к произволу и утвер­ждению истинности любого решения. Сфера ценности - область должен­ствования, духовного совершенства, делающая бытие более полным, гар­моничным, а не рассеченным, уродливым. Творчество ценностей в этом смысле критерий развитости отдельного человека и общества в целом, по­казатель высоты или примитивности его истолкования жизни и своих воз­можностей. Изучение ценностей Востока и Запада, цивилизации и природ­ных обществ могут выступать основанием не только констатирования их различия, множественности социальной реальности, но и выводом об их равноправном сосуществовании, о внутренней непротиворечивости их пределов развития. Оно также может выступать основанием для анализа уровня их осознанного, не запрограммированного «Ответа» на «Вызов» исторической необходимости.

В чем же заключается роль ценностей в бытие? Для ответа на этот ключевой вопрос вновь обратимся к экзистенциальному определению при­роды человека, сущность которого понимается как свобода, проект самого себя, вечное становление. Но если человек есть проект, выбор должного состояния, то ценности оказываются выражением тех значимых целей, к которым он устремлен. Выбирая себя, свое «завтра», человек не просто стремится к иному, но к иному должному, а, следовательно, имеющему ценность. Ценности выступают направлением становления человека (об­щества) и при условии применения достаточных усилий становятся реаль­ностью. Человек становится тем, во что он верит, что ценит, чем более всего дорожит. В результате становления в направлении тех или иных ценностей индивид может оказаться «просто животным», «точным меха­низмом», «денежным мешком», «воплощением разума», «душой общества», «святым» и т.д. Таким образом, ценности - это и цели и все до­стижения личности на пути саморазвития.

Что касается общественного бытия, то и здесь «ценности как цели» являются воплощением наиболее значимых ориентиров развития, а «ценности как реальность» - результатами становления предыдущих поко­лений или этапов истории. Исследование настоящего, таким образом, ока­зывается анализом ценностей уходящих поколений, в то время как прогноз будущего есть изучение ценностей современного общества, его молодежи.

г) ценностный метод в познании

Ценностный подход к пониманию природного, общественного и ин­дивидуального бытия предполагает оперирование собственными метода­ми. Использование ценностного метода в исследовании исторической и со­циальной реальности предполагает выявление ценностной доминанты в

процессах изменения, направления, в котором осуществляются те или иные перемены. Это позволяет понять, а не только описать историко-соци­альный феномен или факт, выявить его смысл, а, следовательно, его силь­ные и слабые стороны. Если экономический, психоаналитический, волюн­таристский, географический и другие методы позволяют ответить на во­прос «по какой причине происходит то или иное явление?», то ценностный фактор дает возможность ответить на вопрос «во имя чего оно происходит, и какой смысл в этом содержится?» Ценностный фактор относится к раз­ряду логических методов, позволяющих анализировать сущность явлений, исходя из осмысления отношения субъектов к реальности в целом и ее отдельным проявлениям в частности.

Практическое использование ценностного метода предполагает: 1) выявление ведущих (доминирующих) и вспомогательных ценностей, ха­рактерных для предмета исследования (общества, эпохи, социальной груп­пы или личности); 2) анализ самих ценностей (консервативные - прогрес­сивные, духовные - утилитарные, всеобщие - частные, внутренние - при­внесенные, конструктивные - энтропийные, устойчивые - временные и т.д.); 3) изучение структуры ценностной иерархии (в том числе характера взаимосвязей отдельных ценностей); 4) поиск субъектов ценностей (если речь идет о ценностях общественного бытия), характеристика их индиви­дуальных способностей и качеств, определение меры их влияния на обще­ство, механизмов воздействия, отношения к ним общественных сил; 5) сравнение изучаемых ценностей с ценностями предшествующего периода, выявление и оценка тенденции их изменений; 6) создание аксиологической картины исторической эпохи (или определенного типа общества), исходя из соединения ценностей отдельных исторических субъектов и социаль­ных групп (как равновесной при суммировании векторов); 7) осмысление влияния ценностей на характер экономических, социальных, культурных и иных отношений.

Применение ценностного метода помогает понять не только смысл яв­ления, но и его динамику. Ценности как ориентир деятельности субъекта выступают смысло-значимыми целями, в направление к которым суммиру­ются все способности и силы. Их анализ позволяет понять тенденции в ис­торических и социальных процессах, выявить их закономерность и воз­можные следствия.

Применение ценностного метода возможно в философских, истори­ческих, социологических, антропологических исследованиях. Посредством его использования достигается более глубокое понимание своеобразия данного типа общества (эпохи), видение его мировоззренческой, духовной атмосферы, понимание смысла и направленности социально-экономиче­ских изменений и процессов, осознание роли личности в общественных яв­лениях, прогнозирование вероятных перспектив общественного развития. Это позволит более обстоятельно изучить упрощенные в историческом ма­

териализме, психоанализе и волюнтаризме отношения между материаль­ной сферой и духовной жизнью индивида, общества в целом. Этот подход применим как для описания макропроцессов, построения общих моделей истории, так и при изучении конкретных исторических явлений и процес­сов. Историческая и социальная реальность с позиции ценностного подхо­да оказывается тесно связанной с психологией, этикой, религией, фило­софской рефлексией. Этого не следует опасаться, помня, что именно чело­век и выступает творцом этой реальности. Декларируя единство взаимо­связи внутреннего и внешнего, свободы и необходимости, современная со­циально-историческая наука во многом продолжает традиции прошлого, относя на периферию исследования проблемы ментальности, духовной жизни, творчества, мировоззрения. В этой связи применение ценностного подхода оказывается возможностью антропологического видения истории, социологии, культурологии. Антропологическое видение не означает све­дения всех проблем к природе человека, оно предполагает отношение к личности как важнейшей составляющей социального бытия, способной (потенциально, но не всегда реально) воздействовать на объективные про­цессы в экономике, политике, культуре и даже в природе. Духовные способности личности, сведенные исключительно к процессу познания, оказались недооценеными диалектическим материализмом, позитивизмом, современной наукой. Их роль определялась как второстепенная и дополня­ющая трудовую деятельность. Из всего многообразия духовных способно­стей наукой позитивно оценивалось только познание и творчество. В то же время создание ценностей, идеалов, интуитивная и созерцательная сферы, религиозность, нравственность не рассматривались как самостоятельные, творческие силы, способные преобразовывать реальность. Пренебрежение к этим сферам в научной области оказало влияние и на ослабление их раз­вития в действительности. Осмысление энергетической, движущей роли духовного в развитии личности, общества, природы выступает одной из важнейших задач применения ценностного метода в изучении реальности.

Применение ценностного метода способствует развитию «открытого общества» и «открытой истории», позволяющих осознать ценность каждой личности и каждого социального типа без утверждения тотального синтеза и подчинения традиционного пути развития динамическому. Это позволит «реабилитировать» для познания маргинальные слои социума, по-новому осмыслить роль ненаучных форм сознания и мировоззрения, демократично оценить достижения различных этносов и эпох. Ценностный метод пред­полагает, что в философии истории, как и в любом знании об обществе нет «периферии» для познания. В то же время именно этот метод позволяет придать этим знаниям гуманистическое звучание, утверждая не только ценность, но и ответственность каждого в истории.

Современная эпоха, отличающаяся безостановочной переоценкой ценностей, не умаляет роли ценностного метода в исследовании своих фе­

номенов. Если не стремиться выявить ключевые ориентиры жизнедеятель­ности личности и общества, современные сверхдинамичные процессы из­менений превращают нашу картину мира в хаос и нагромождение случай­ных перемен. Исследование ценностной динамики, основных тенденций в эволюции ценностных ориентиров - одна из наиболее актуальных сторон современного социально-философского познания. При этом необходимо учитывать тот факт, что отдельные виды ценностей более динамичны (по­литические, правовые, культурные, экономические), по сравнению с дру­гими (этическими, религиозными, экзистенциальными) и изучать их влия­ние на общий ход социального процесса необходимо в связи с особенно­стями их проявления. Ценностный подход не позволяет доминировать в познании какой-либо одной мотивации, например, экономической, он предполагает исследование каждого уровня отношений в обществе как иг­рающего свою «неотчуждаемую» и незаменимую роль в единой картине реальности. Ценностный подход, поэтому не означает морализации или эстетизации истории, как преобладания этических или эстетических ценно­стей и признание их доминирования. Он стремиться к выявлению роли каждого фактора, связанного с реализацией смысло-значимых отношений личности (общества) к бытию и к анализу их влияния друг на друга. Введе­ние ценностного метода в арсенал современного социально-философского анализа позволит сформироваться особой отрасли познания реальности - аксиологии истории, позволяющей наиболее полно исследовать взаимо­действие духовного и материального, социального и онтологического в об­щественном процессе.

д) субъективность ценностного метода: недостаток или досто­инство?

Если роль наблюдателя по отношению к физическим объектам еще до конца не изучена, то влияние субъекта на исследование исторической и общественной реальности не вызывает сомнений. Главные проблемы в этом случае состоят в том, правомерно ли это влияние, необходимо ли стремиться к его преодолению ради познания истины, что позитивного и негативного несет это влияние объекту познания, самому процессу позна­ния и его результатам.

Одним из первых в отечественной социальной философии эту проблему исследовал Н. Кареев, называвший философию истории «судом над историей». Он подчеркивал, что объективизм, «индефферентизм», апа­тия не подходят для обозначения принципов философско-исторического анализа. Как любой человек, философ всегда будет пристрастным, но не в пользу личной выгоды, а в пользу общего блага: «следователю подобает беспристрастие, но судья не должен быть беспристрастным к закону, пра­ву, справедливости и не может объявить безразличным то, что попрало за­

кон, нарушило право, оскорбило чувство справедливости»[400]. Поэтому за­дачей истории является не «пассивное воспроизведение прошлого», а его понимание и оценка. Критерием исследования, по мнению Кареева, может служить единственная мера - прогресс, то есть получение большего блага через наименьшие жертвы. К сожалению идеи Н. Кареева были надолго за­быты в отечественной философии, и поэтому их возрождение сегодня ока­залось еще более актуальным.

По мнению современного теоретика истории А.С. Панарина, «фило­софский смысл антропологического измерения истории состоял в том, что­бы выявить зависимость между «качеством» человеческого материала и духовными параметрами бытия», а также обосновать «различия историче­ских судеб народов «инаковостью» биосоциальных ядер этнических культур, их суверенностью и автономностью по отношению друг к другу, несводимостью к единому знаменателю или тождеству в виде «производи­тельных сил» или «законов классовой борьбы», в целом, социально-эконо­мической детерминированности исторического процесса».[401]Понимание истории как науки о человеке с позиции человека позволяет увидеть в ней не только политэкономию или перечень фактов, но осознать индивидуаль­ность каждого народа, эпохи, культуры от своего собственного имени, принимая личную ответственность за эту позицию. Стремление к объек­тивности и беспристрастности в исследовании истории является задачей каждого ученого, но, как справедливо отмечает другой современный фило­соф истории И.А. Гобозов, каждый историк еще человек и гражданин, «ко­торому вовсе не безразлично, что происходит в обществе, в котором он живет».[402]Вопрос, однако, в том, как относиться в этой оценочности иссле­дователя, считать ли ее помехой, которой, к сожалению, не избежать, или рассматривать ее как нечто значимое? В отличие от научной традиции в философии истории, французская школа Анналов, например, в лице своих теоретиков Л. Февра, М. Блока, Ф. Броделя, П. Шоню, Ж. Дюби и др. утверждает правомерность и необходимость для исторического знания субъективного видения исторических эпох или общественных образова­ний. Английский философ Дж. Коллингвуд также полагал, что идея исто­рии «принадлежит каждому человеку в качестве элемента его сознания»[403], а, следовательно, интерпретация внутренне присуща историческому иссле­дованию. Большинство историков, вероятно, не согласятся с этим подхо­дом, в то время как в философии истории он давно признан как единствен­но возможный. Еще Г. Зиммель отмечал, что «субъективное воспроиз­водство, в котором и состоит всякое понимание истории, возможно для нас

лишь там, где непосредственно за рядом внешних поступков ставятся ряд мыслей, желаний и чувств», но такое познание невозможно заключить в круг научных представлений, так как оно стоит «вне альтернативы истин­ногои ложного».404Субъективность представляется излишней с точки зре­ния научного рационализма, в то время как в философии, понимаемой в ка­честве особой формы миропонимания, она является самоценной, так как благодаря ее выражению осуществляется индивидуальность свободного творчества. Изучение коллективных переживаний, общественной психоло­гии, феноменологический анализ становятся важнейшими ступенями исто­рического познания, ведущими исследователя к пониманию всей полноты жизни того или иного типа общества. Необходимость применения таких методов в отечественной науке впервые в постсоветский период отстаива­лась А.Я. Гуревичем и М.А. Баргом, но, несмотря на значительные переме­ны в социальной философии и философии истории, их утверждение еще остается проблематичным. Анализ «атмосферы», «духа» той или иной эпо­хи, ментальности или коллективного сознания отдельных народов требует не только описания исторических фактов, но и поиска их смысла, значения в судьбе конкретного общества, предполагает поиск внутренних, не лежа­щих на поверхности устремлений тех или иных народов. Это затрудняется, во-первых, тем, что в отечественной истории в советский период такая тра­диция практически не развивалась, и исследования в этой области были яр­кими исключениями из общего правила написания социально-экономиче­ской истории. Поэтому не сложилось и создание собственной феноменоло­гической школы истории, не были разработаны специальные методы изу­чения исторических документов, фольклора, литературы, искусства наро­дов с позиции выявления особенностей мировоззрения, ценностных прио­ритетов, нравов, убеждений и поведения. Во-вторых, изучение нематери­альной сферы в науке традиционно рассматривается как область, в значи­тельной степени зависящая от мировоззрения самого исследователя и, сле­довательно, «искажающая» историческую реальность. Субъективность, оценочность, интерпретационность отвергались не только историческим материализмом. Сегодня они также вызывают недоверие, но уже тем, что могут привести к созданию новых монистических доктрин, догматических моделей, сковывающих историческое познание своими рамками. Но, не­смотря на все сложности, комплексный метод изучения социальной и исто­рической реальности становится все более актуальным и соответствует по­требностям постнеклассической эпохи, переживаемой современным чело­вечеством.

Исследуя системы ценностей различных цивилизаций не возможно оказаться вне собственной ценностной картины, через призму которой каждое сопоставление и анализ будет в известной мере субъективным. Од­нако, являясь равноправным участником исторического процесса, субъект

познания имеет право на собственные выводы о реальности, и его отноше­ние к ней также является историческим фактом, имеющим собственную значимость. В то же время исследователь исторической реальности не тож­дественен обыденному субъекту. Можно сказать, что первым условием ценностного анализа цивилизаций выступает теоретический уровень мыш­ления, предполагающий системность, доказательность, рациональность. Иначе любые эмоциональные, пристрастные мнения также будут претен­довать на философское видение истории. Следующим условием является анализ ценностей относительно различных систем соотнесения, в том чис­ле по следующим направлениям: как данная система ценностей влияет на природную среду, свободное саморазвитие членов общества, жизнь социу­ма в целом. Такой анализ позволит составить более глубокое представле­ние о сильных и слабых сторонах той или иной ценностной системы, избе­жать упрощений, связанных с обобщенной оценкой. Следует подчеркнуть, что подобный анализ, несмотря на теоретизацию, в целом не может быть универсальным, объективным знанием о мире. Творчество смыслов, выяв­ление значимости - области свободы мышления индивида, поэтому соци­альная философия никогда не может быть сведена к исторической науке. Философствование как актуализация мировоззрения в теоретической фор­ме предполагает, что субъект способен не только «отражать» реальность, но и продуцировать вокруг него смысловое поле. Собственное понимание, интерпретация, индивидуальное видение, дополненные теоретическим об­основанием, - не только право, но и долг любого исследователя. При этом важно понимать, что ценности настоящего времени и нашего собственного индивидуального мировоззрения не только оказывают влияние на понима­ние прошлого, но и во многом исходят из него. Именно об этом и писал Р. Арон в «Введении в философию истории», говоря, что «ценности, от име­ни которых я сужу о настоящем, происходят из истории, вложены в меня объективным духом, который я ассимилировал, по мере того как подни­мался до личного сознания»[404]. В этом смысле каждая личность - феномен истории и ее зеркало, а историческая рефлексия - противостояние конеч­ности и смертности личности.

<< | >>
Источник: Баева Л.В.. Ценности изменяющегося мира: экзистенциальная ак­сиология истории. Монография. Изд-во АГУ, 2004. 2004

Еще по теме 6.1. Ценностный подход к пониманию истории:

  1. Классификация основных подходов к пониманию ценности
  2. Основные подходы к пониманию сущности лидерства
  3. § 2. Ценностный подход в советской этике
  4. Глава 7. ЦЕННОСТНЫЙ ПОДХОД В РОССИЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ
  5. Глава 2 Принцип «герменевтического круга» и проблема понимания
  6. Символическое истолкование и понимание мира
  7. Особенности раннепифагорейского понимания порядка
  8. Понимание воли в русской народной культуре
  9. 6.2. Возможности применения ценностного метода
  10. 4. Фундаментальный эюистенциал «понимание» как следствие экзистирующей сущности человека
  11. 2. Историчность исторического опыта человеческого существования как условие понимания вообще
  12. 1. ОБЩИЙ ПОДХОД
  13. «Ценностное основание» как онтологическое понятие
  14. ГЛАВА ПЕРВАЯ О СИСТЕМНОМ ПОДХОДЕ В ПОЗНАНИИ
  15. Основные подходы к проблеме ценностей
  16. Дотеэтетовский арифметичекий подход
  17. Системный, комплексный подход—требование времени
  18. Сознание: ценностно-онтологический анализ
  19. Индивидуализм как ценностная ориентация
  20. Глава 6. Ценностный фактор и его роль в общественном раз­витии