<<
>>

Система понятий в философии Гизо

Любые теории, в том числе политические системы Ф. Гизо и А. де Токвиля, строятся на базовых понятиях, интерпретация значений которых позволит исследовать не только отражение и фиксацию социальных явлений в терминологии интересующих нас авторов, но поможет лучше понять смысл их теорий.

Базовые понятия, по словам Козеллека, «есть непременная и неотделимая часть политического и социального лексикона»[640]. Они сочетают опыт и ожидание таким образом, что становятся обязательными для любой формы выражения наиболее важных аспектов данного времени. Базовые понятия исключительно сложно организованны, - они всегда спорны[641]. Задачей настоящего раздела является интерпретация смысла базовых понятий теории Ф. Гизо. К этим понятиям относится свобода, порядок, цивилизация, средний класс, провидение, суверенитет, деспотизм, анархия. Большая часть этих терминов является общепринятой для политического языка интеллектуалов посленаполеоновской Франции. Это облегчает задачу сопоставления теории Гизо и взглядов современных ему политических мыслителей.

Во второй половине XVIII - первой половине XIX столетия французский язык вышел на путь интернационализации и стал средством коммуникации европейского масштаба. Универсальность его терминологии ощущалась, прежде всего, в области политической жизни. Просвещение и Французская революция создали подходящую интеллектуальную и социальную атмосферу для подобного успеха. В осознании многих современников langue franςaise становится «политическим языком Европы»[642]. Поэтому без изучения политической терминологии этого языка затруднительно понимание политико-философских концепций и дискуссий.

Политическая терминология всегда социально и исторически обусловлена[643]. Многие понятия и их значения, попавшие в фокус пристального внимания французских интеллектуалов и государственных деятелей в указанный период, имеют особо важную роль, поскольку

получили теперь универсальное распространение.

Однако рассматривать политическую терминологию отдельных мыслителей, избегая широкого контекста, весьма сложно и малопродуктивно, хотя, как иронично заметил Р. Козеллек: «Стоит только начать рассматривать контексты, в которых можно было бы анализировать значение отдельных понятий, как им уже не будет конца»[644]. Тем не менее, для реконструкции исторического значения каждого понятия (или их системы) необходимо определить необходимое количество контекстов и их насыщенность.

Попытка автономно реконструировать систему понятий исторической и политической теории Гизо практически неизбежно приведет к серьезным ошибкам, не только потому, что термины уточнялись автором по мере создания всех его многочисленных сочинений, но и по причине того, что Гизо конструировал некоторые концепты по принципу тезис, антитезис и синтез.

Свобода - центральное понятие французской либеральной традиции. Либеральные консерваторы, коим был и Гизо, разделяли либеральные ценности, но осторожно использовали соответствующие методы, особенно в реальной политике. Для них свобода имела несколько смыслов и коннотаций. С одной стороны она синонимична анархии и демократии, с другой - она может оправдывать многие злоупотребления, совершенные от ее имени. Последняя - «подлинная свобода» (la vraie liberte), понятие характерное исключительно для либерального консерватизма, представители которого хотели дистанцироваться от «глашатаев мнимой свободы», отождествивших настоящую ценность с народовластием. Подлинная свобода - это

645

гарантия прав и равенство возможностей[645].

Понятие свобода имеет у Гизо два противоположных значения, синтезируемых в его историософской концепции. Первое значение связано с социальным (актуальным) подходом к проблеме, второе - с нравственно-индивидуальным, а историософия говорит о синтезе общественного и личностного «фактора цивилизации».

В социальной реальности свобода всегда сопряжена с собственностью. Человек без собственности не может быть равноправным членом социального организма[646].

Этот принцип, по мнению Гизо, возник в период франкского завоевания Галлии, когда свободные люди, лишенные земель, начинали терять не только политическую, но и личную свободу. В «Опыте по истории Франции» у Гизо в качестве собственности выступает земля, (не)обладание которой определяет социальное положение индивида или целого общественного слоя, а форма

собственности может многое сказать о политической организации государства[647]. В реальной политике свобода - «общая мысль, общая цель всех партий, участвующих в движении, как бы велико ни было их взаимное различие»[648].

Гизо считает, что человек нравственно (внутренне) свободен от общества. Последнее способно оказывать лишь внешнее влияние, но не может изменить духовным мир индивида. Некое нравственное ядро позволяет человеку всегда оставаться самостоятельным и стремиться к идеалам, не соответствующим окружающему его политическому и социальному строю. Личная свобода включает в себя свободу от притеснений со стороны государства, свободу экономической деятельности, свободу слова, печати, собраний[649].

Свобода в историософии Гизо является способностью понимать законы исторического развития (или «волю Провидения»). Свобода расширяется с ростом знания, а человек - это «разумный и свободный исполнитель чужого дела»[650]. В своих исторических сочинениях Гизо не раз подчеркивает сенсибилизирующий характер многих понятий, которые требуют уточнения значения применительно к каждой исторической эпохе: «Время внесло в смысл каждого слова множество идей, пробуждающихся вместе с самим произнесением этого слова; но одни из них образовались раньше, другие позже, и потому они не все могут быть отнесены к известному времени. Слова «рабство» и «свобода», например, возбуждают теперь в нашем уме идеи гораздо более полные и точные, нежели соответствующие им факты VIII, IX или X века. Если бы мы стали утверждать, что города в VIII веке находились в состоянии свободы, то мы зашли бы слишком далеко; так как со словом «свобода» мы соединяем только такое значение, под которое вовсе не подходят факты VIII века.

Мы не менее ошиблись, если бы сказали, что города находились в состоянии рабства; под этим словом подразумевается в данную минуту нечто совершенно непохожее на муниципальные явления того времени»[651]. Свобода - основополагающая идея либерализма - не мыслится Гизо в отрыве от порядка, а порядок невозможен без сильной центральной власти. Для создания фундамента свободы необходимо конституционное правление, гарантирующее права граждан[652]. Цель всякого правления заключается в безопасности настоящего, которая подготавливает и гарантирует безопасность будущего[653]. Порядок, обязательное условие свободы, заключается в умеренности - это мирная

политика на международной арене и борьба с экстремизмом внутри страны. Гизо писал: «Под словом “порядок” я понимаю тот истинный и прочный порядок, который необходим для каждого великого общества, если оно само хочет быть прочным и благоденствующим»[654]. Таким пониманием порядка Гизо руководствовался и в своей политической практике.

Цивилизация - центральная категория историософии Гизо. Цивилизация - это прогресс в широком смысле слова, развитие; настоящий термин неизбежно связан с представлением о народе, который движется вперед, — и движется для того, чтобы переменить не только место, но и состояние, — о народе, жизнь которого все более и более расширяется и улучшается. Идея прогресса, развития является основной идеей цивилизации[655]. Прогресс (в узком смысле) - это «усовершенствование гражданской жизни», «развитие общества в собственном смысле этого слова, развитие людских отношений»[656].

Цивилизация невозможна без двух компонентов: усовершенствование общества и развитие личности[657]. Это связанные процессы, поскольку по мере самосовершенствования, человек стремится улучшить окружающих. Цель, к которой движется человечество - создание справедливого и нравственного общества, объединенного цивилизацией. По мнению Гизо, все важные исторические факты, содействовавшие развитию цивилизации, имели влияние на одну из упомянутых сфер человеческой деятельности.

Цивилизация для Гизо представляет собой нечто реальное: «Цивилизация есть факт, подобный всякому другому, факт, который наравне со всяким другим может сделаться предметом изучения, описания, рассказа»[658]. Примером действительного существования этого организма является европейская цивилизация.

Понятие Провидение тесно связано с концепцией цивилизации. Оно скрывает за собой сумму закономерностей исторического процесса, которая определяется экономическими и политическими причинами, а также конечным торжеством цивилизации. Гизо не дает определения этому концепту, но контексты обращения к нему не позволяют сомневаться: «.Проведение ведет к благоустройству жизни людей.», «Провидение совершенствует быт и нравы человека.», «Пути провидения не ограничены тесными пределами; оно не имеет надобности извлекать сегодня же вывод из постановленного вчера принципа; оно извлечет его по прошествии веков, в свое время; медленность (с нашей точки зрения) нисколько не

659

уменьшает верности его рассуждений»[659].

Средний класс - важнейший концепт социальной философии Гизо. Это обширный социально ответственный блок, возникший в результате социального развития, занимающий в общественной иерархии пространство между аристократией и беднейшей частью населения[660]. Ядром среднего класса является буржуазия, доступ в него открыт всем собственникам, имеющим потенциальную возможность (пассивно или активно) участвовать в легитимной политической жизни. Основной целью среднего класса и залогом его благополучия является поддержание стабильности государственной системы и порядка[661]. Если англо-саксонский «middle class» немногочисленный и выступает двигателем, локомотивом развития (буржуазия в традиционном понимании), то французский «les classes moyennes» (он же «bourgeois», «bourgeoisie», «les couche moyenne»), включивший в себя помимо буржуазии, широкой слой собственников, служащих, чиновников и преподавателей, является опорой политической системы и государства.

В определении его преобладает политический аспект, экономическая же составляющая находится на втором плане. Отчасти это связано с двумя обстоятельствами. Во- первых, теоретиками французского «среднего класса» выступили люди, активно вовлеченные в политическую практику. Во-вторых, политические процессы во Франции конца XVIII - нач. XIX вв. в общественном восприятии явно доминировали над экономическими.

Суверенитет, или высшая непроизвольная власть правителя - ключевая категория политической философии посленаполеоновской Франции. Разработка этой проблемы - одно из наиболее популярных и плодотворных направлений во французской политической философии XIX столетия. Ее привлекательность для исследователей соответствовала степени ее актуальности в послереволюционных условиях. Суверенитет у Гизо - это абстрактная категория, лишенная реальной субъектности. Если у Б. Констана суверенитетом обладает народ, у Ж. де Местра - монарх, то Гизо заявляет: «Поскольку ни одна власть в этом мире не является и не может быть тем, чем она должна быть, никто не имеет права называть себя сувереном»[662]. Ведь признать какой-либо реальный субъект сувереном означало бы признать его абсолютную власть и непогрешимость, т.е. реифицировать символы. Однако никакая абсолютная власть не может быть легитимной, поскольку потенциально она не исключает произвол, следовательно, на земле вовсе не существует ни суверенитета, ни суверена[663]. Ни народ (и отдельные его представители), ни монарх не могут претендовать на высшую непроизвольную власть правителя и существовать вне нормально действующего правопорядка.

Таким образом, суверенитет - это разум, истина, справедливость, или, «выражаясь языком, более подобающим философии, это незыблемое Бытие, основными законами которого являются разум, истина, справедливость»[664].

Сегодня понятие суверенитет трансформировалось в юридический термин, который используют главным образом специалисты из отрасли международного права при рассуждениях о том, что является подлинным носителем суверенитета - международное сообщество как целое или отдельные государства.

Деспотизм и анархия - понятия, которые Гизо использует, как правило, в тандеме. Для философа это «гнусные и пагубные факты, лежащие тяжким бременем на народах»[665], равнозначные проявления политического экстремизма, результатом которого неизменно будет угнетение свобод, общественное волнение и унижение личности. Экстремистское правление может существовать, основываясь лишь на обмане: «Деспотизм теократический, деспотизм монархический не раз пользовались терпимостью, почти любовью подчиненного им народонаселения. Феодальный деспотизм всегда был предметом отвращения и ненависти, он тяготел над судьбой людей, но никогда не властвовал над их душой»[666]. Антонимом к деспотизму и анархии является понятие порядок, или золотая середина, равноудаленная от крайностей.

Деспотизм - это власть одного лица над другим, «господство личной, капризной воли одного человека», это «единственная тирания, с которой - к чести своей - никогда не примирится человек». Всякий раз, когда в своем повелителе подданный видит только человека, а в гнетущей его воле - волю исключительно человеческую, столь же личную, как и его собственная, «он возмущается духом и лишь с затаенною злобою переносит иго». Гизо считает, что именно таков был настоящий, отличительный характер феодальной власти и «таков внутренний источник отвращения, которое она постоянно внушала народу»[667].

В целом круг понятий философии Гизо принадлежит политической терминологии первой половины XIX в., времени напряженных размышлений о свободе, деспотизме, анархии, суверенитете. Среди основных понятий Гизо нет таких, которые бы совершенно не встречались у других авторов (исключение представляют концепты средний класс и цивилизация, впервые введенные в философский оборот в этом значении). Каждое из этих слов вызывает определенные коннотации, и при первом взгляде кажется, что они не требуют дополнительных

разъяснений. Однако мыслитель интерпретирует их, прибегая к либеральным и консервативным идеологемам дополняет и уточняет смыслы понятий в соответствие не только с потребностями времени, но и следуя логике собственной философской теории.

3.2.

<< | >>
Источник: Матвеев Сергей Рафисович. Философские истоки французского либерального консерватизма (Ф. Гизо, А. Токвиль). Диссертация на соискание учёной степени кандидата философских наук. Москва - 2014. 2014

Еще по теме Система понятий в философии Гизо:

  1. 5.1. Система понятий в философии Токвиля
  2. Проблема суверенитета в философии Гизо
  3. Глава 2. Истоки политической философии Гизо
  4. Глава 3. Философия либерального консерватизма Франсуа Гизо
  5. Лекция вторая Что такое философия. Философия и религия. Философия и наука. Философия в современном мире
  6. 1.2 Философско-методологическая сущность понятия "система" в исследованиях политического лидерства и других сложных объектов социально-политической действительности
  7. Историософия Гизо
  8. Истоки мировоззрения Гизо
  9. 11. ЗАКОН ОБРАТНОГО ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ СОДЕРЖАНИЕМ И ОБЪЕМОМ ПОНЯТИЯ. КЛАССИФИКАЦИЯ ПОНЯТИЙ ПО ОБЪЕМУ
  10. Понятие как форма мышления Общая характеристика понятия
  11. Политическая карьера Гизо
  12. Свобода, равенство и власть в либеральном консерватизме Гизо.
  13. Понятие и виды гипотез. Версия Понятие гипотезы
  14. Матвеев Сергей Рафисович. Философские истоки французского либерального консерватизма (Ф. Гизо, А. Токвиль). Диссертация на соискание учёной степени кандидата философских наук. Москва - 2014, 2014
  15. Понятие