<<
>>

КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО?

Принцип крайнего средства требует прибегать к войне лишь в случае, когда все мирные средства решения кризиса исчерпаны. Этот принцип был нарушен НАТО. Еще оставались возможности для переговоров на основе взаимных компромиссов.

Тем не менее НАТО заявила, что все переговоры, включая те, что проводились в Рамбуйе, потерпели неудачу до того, как было принято решение о начале воздушной кампании. В действительности переговоров в строгом смысле этого слова, собственно, и не было. В феврале 1999 г. начался первый раунд переговоров в Рамбуйе в рамках Контактной группы (США, Великобритания, Франция, Германия, Италия и Россия)[427]. 6 февраля конференция должна была обсудить общие принципы решения проблемы, включая автономный статус Косово, которые были предложены Контактной группой. Но де­легациям раздали только так называемое Временное соглашение о мире и автономии в Косово и Метохии (рамочный документ) и три дополнения: о конституции Косово, выборах в местные органы власти и правовой системе. Сербская делегация приняла все усло­вия соглашения, настаивая только на гарантиях территориальной целостности. 23 февраля Контактная группа объявила о наличии прогресса на переговорах и возможности скорого достижения политического решения.

Но окончательный текст соглашения был представлен сторо­нам лишь в самый последний день переговоров. Как оказалось, две трети его содержания стали полной неожиданностью для сербской делегации. Кроме того, два приложения к тексту со­ставила вовсе не Контактная группа, а представители НАТО. Российский представитель отказался подписать эти приложения. Согласно этим драконовским приложениям, войска НАТО долж­ны были размещаться в Косово безоговорочно и без каких-либо условий. В соответствии с текстом документа НАТО получала «свободный и беспрепятственный доступ ко всей территории Федеративной Республики Югославии», включая Сербию.

Серб­ская делегация заявила о невозможности даже простого обсуж­дения этих условий. Сербии был предъявлен ультиматум: либо согласие на то, что она с полным основанием могла считать оккупацией своей территории иностранной военной силой, либо воздушные удары. Сербия под таким давлением согласилась под­писать политическую часть Временного соглашения. Она согла­силась также и на международное присутствие, характер кото­рого должен был быть оговорен позже. По достижении этого соглашения Сербия была готова к обсуждению условий и рамок международного военного присутствия в Косово. 15 марта 1999 г. начался второй раунд переговоров в Париже. Но предложения сербской делегации были отвергнуты. Албанцам разрешили под­писать соглашение в одиночку. Российская делегация отказалась визировать это соглашение.

Все эти события показывают, что ответственность за срыв переговоров лежит на США и НАТО. Марк Литман делает спра­ведливое заключение, что НАТО не предприняла всех необходи­мых усилий для поиска компромисса. Далее он продолжает: «...Β критический момент переговоров в Рамбуйе НАТО свернула дипломатию, заменив ее пакетом заведомо неприемлемых требо­ваний, содержащихся в документе, который Генри Киссинджер назвал «ужасным дипломатическим документом», «провокацией» и «оправданием для начала бомбардировок». Вполне вероятно, что будь условия, на которые согласились в конце кампании, выдвинуты в Рамбуйе, можно было бы избежать как этнических чисток, так и войны»[428].

Литман делает вывод, что условия, о которых договорились НАТО и сербское правительство в конце войны, содержали серьезные уступки по сравнению с первоначальными требования­ми НАТО. Эти условия следующие:

1) размещенные в Косово международные силы должны нахо­диться под юрисдикцией Совета Безопасности ООН;

2) эти международные силы помимо НАТО должны включать и российские войска;

3) создаваемая гражданская администрация должна быть под­контрольна Совету Безопасности ООН;

4) войска не будут иметь доступа в другие части Югославии, за исключением Косово[429].

Размер уступок НАТО свидетельствует о нереальном характере первоначальных требований. Действительно, условия, на которых было достигнуто согласие о прекращении бомбардировок, вклю­чали серьезные отступления от буквы Рамбуйе, что нельзя назвать иначе как уступкой сербам. Верховную власть в Косово получил Совет Безопасности ООН вместо НАТО, что предоставляло Рос­сии — стране, дружественной сербам, право вето. В то время как документ, выработанный в Рамбуйе, давал силам НАТО беспре­пятственный доступ ко всей территории Югославии, включая Сер­бию, июньское соглашение предоставляло союзу свободу действий лишь в Косово. Имея все это в виду, Майкл Мандельбаум замечает: «Мы никогда не узнаем, можно ли было избежать войны, если бы все эти изменения были предложены до начала бомбардировок и сопровождались более весомым присутствием ОБСЕ в Косово. Очевидно, что руководители НАТО не собирались идти на уступ­ки, будучи убеждены, что несколько показательных залпов быстро поставят сербов на колени»[430]. Так злонамеренное предубеждение проложило дорогу войне. Это означает, что НАТО сознательно отказалась от серьезных усилий найти дипломатическое решение и предпочла пойти на применение военной силы.

6.

<< | >>
Источник: Нравственные ограничения войны: Проблемы и примеры / Под общей редакцией Бруно Коппитерса, Ника Фоушина, Рубена Апресяна. — M.: Гардарика,2002. — 407 с.. 2002

Еще по теме КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО?:

  1. КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО
  2. 3. КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО
  3. КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО
  4. Глава VI КРАЙНЕЕ СРЕДСТВО
  5. Система оптимизации использования имеющихся технических средств
  6. ГЛАВА ПЯТАЯ АНАЛИЗ И СИНТЕЗ - СРЕДСТВО ПОЗНАНИЯ ЦЕЛОГО, ЦЕЛОСТНОЙ СИСТЕМЫ
  7. § 4. Реалии XX века. Классовый враг и борьба с ним как имманентное состояние и важнейшее средство самоутверждения партийно-государственного абсолютизма
  8. СОВЕТСКО-ФИНСКАЯ (ЗИМНЯЯ) ВОЙНА 1939—1940 гг.
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. Системный анализ
  11. ООН, ОРГАНИЗАЦИИ ПО МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И МНОГОСТОРОННЯЯ ДИПЛОМАТИЯ