<<
>>

ПРИЛОЖЕНИЕ

О РАЗРАБОТКЕ МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИАЛЕКТИКИ

Академик Б.М. КЕДРОВ

...Третий коллектив наметился вне Москвы - в Алма-Ате. Его надо активно поддержать, тем более что его участники ближе всего, пожа­луй, подошли к основной идее Ленина, согласно которой диалектику и ее теорию нужно разрабатывать с помощью метода восхождения от абстрактного к конкретному.

Но в данном случае получается несколь­ко странная картина: все науки без исключения излагаются в порядке восхождения от исходной «клеточки» ко все более сложному, развито­му предмету, кроме самой диалектики. Ленин говорил, что и диалек­тику надо излагать именно таким методом. Однако она очень часто не излагается так, как этого требовал Ленин. Философы-алмаатин­цы - Ж.М. Абдильдин, А.Н. Нысанбаев и другие - взялись за это дело и выпустили ряд работ. Назову две из них: это «Проблема начала (то есть «клеточки». - Б.К.) в теоретическом познании» (1967) и совсем недавно вышедшая очень интересная работа «Диалектико-логические принципы построения теории» (1973). Обе работы показывают, что указанный коллектив, хотя и небольшой по численности, созрел для того, чтобы в этом направлении разрабатывать теорию диалектики...

Ж.АБДИЛЬЛИН, А.НЫСАНБАЕВ.

ДИАЛЕКТИКО-ЛОГИЧЕСКИЕ

ПРИНЦИПЫ ПОСТРОЕНИЯ ТЕОРИИ.

АЛМА-АТА: НАУКА, 1973.

В последние годы исследования в области методологии науки за-. меню активизировались. Это особенно относится к анализу науки средствами логики — науки, ориентирующейся на воспроизведение фрагментов структуры знания формальнологическими методами; B^ то же время сравнительно невелико количество работ, посвященных анализу методологии на чисто философском уровне, в рамках иссле­дования диалектики как логики и теории научного познания.

Стремясь восполнить этот пробел, авторы рецензируемой книги пишут о необходимости исследования диалектико-логических прин­ципов построения и развития научной теории, основные идеи которых изложены К.Марксом в «Капитале» и В.И.

Лениным в «Философских тетрадях» и других работах. Замысел авторов интересен прежде все­го тем, что, не задаваясь ригористичной целью экспликации понятия конкретно-научной теории, они стремятся по существу построить по­нятие философской теории исходя из марксистского тезиса о челове­ческой предметной деятельности, а затем рассмотреть проблемы фор­мирования и развития специально-научных теорий на категориальном уровне применительно к физике и математике. Авторы указывают на1 тесную связь частных научных теорий с производством и предмет­ной деятельностью общественного субъекта, сразу же констатируя включенность понятий и теорий в широкую общественную практику. Аналогично тому, как процесс труда угасает в продукте, который в свернутом виде содержит весь предшествующий процесс деятельнос­ти, так и понятия, теория аккумулируют в себе весь предшествующий процесс их формирования.

В книге выдвигается мысль, что важнейшей чертой теории являет­ся сведение многообразного к единому, выявление всеобщих условий конкретной целостности. Поэтому в теории важное значение придает­ся исходным понятиям, поскольку дальнейшее развитие теории опи­рается на них. Самими же принципами построения теоретического знания представляются метод восхождения от абстрактного к конкрет­ному, содержательная дедукция, исследование сущности независимо от форм проявления, принцип диалектического противоречия.

Выделение предметной области познания также квалифицирует­ся авторами как результат процесса предметной деятельности людей, причем указывается, что необходимо найти ту систему, относительно которой реально существует предмет, и подвергнуть его теоретичес­кому анализу. Хочется отметить, что, анализируя аспект практики как критерий истины и удачно апеллируя к анализу Эйнштейном понятий «одновременности» (необходимость учета системы отсчета) авторы все же несколько расширительно истолковываю воздействие предмет­но-практической деятельности на внутреннюю логику развивающе­гося знания. Небесспорной представляется трактовка ими объекта и предмета познания

Наиболее благоприятное впечатление производят страницы, пос­вященные теоретическому анализу первоначального целого и выяв­лению исходного пункта теории, критериев и способов его нахож­дения.

Вопрос об элементарной конкретности перерастает в вопрос о средстве выявления всеобщей абстракции данного конкретного целого, об обосновании субстанционального принципа теории. В книге выдвигается тезис, что в ходе познания глубинных связей предметов и явлений теоретическое мышление проходит следую­щие ступени: выявление отношений твердо установленных фактов к первоначальному обобщению и нахождение закономерности явле­ний, а в дальнейшем сведение этой закономерности к истинной при­чине явлений, субстанции. Следовательно, выявление субстанции оказывается фундаментальной задачей научной теории. Как пример продуктивности принципа субстанции - субъекта авторы анализи­руют квантово-релятивистские воззрения Дирака, дарвиновскую теорию развития видов и марксову теорию общественного развития. В связи с этим возникает вопрос об обосновании основного понятая теории, о рассмотрении сущности независимо от форм проявления. Трактуя сущность как особую форму развития субстанции, кото­рая имеет всеобщее значение в данной системе, авторы следующей задачей теории полагают воспроизведение целого как результата саморазвития субстанции, прослеживание противоречивого разви­тия, формообразования, раскрытие опосредствующих звеньев и т.д. Можно соглашаться или не соглашаться с подобной трактовкой при­нципа единства диалектики, логики и теории познания, однако ав­торская точка зрения проводится достаточно убедительно, причем, помимо естественнонаучного материала и «Капитала» Маркса, они

привлекают работы В.И. Ленина и данные современной обществен-1 ной практики.

Первые три главы работы могут быть рассмотрены и как своеоб­разная попытка анализа некоторых аспектов создания теории мате­риалистической диалектики, которая должна синтезировать историю познания, результаты современной науки и практической деятельнос­ти. Поэтому анализ диалектических подходов к построению науч­ной теории вообще неминуемо перекликается с задачей построения собственно философской теории, и результаты, полученные в этом направлении, позволяют авторам совершенно недвусмысленным об­разом ориентировать развитие работ этого плана по определенному пути.

Систематическое проведение смысловых параллелей между развитием философской логики и данными естествознания, также де­монстрирует большую степень эвристичности диалектических идей для специальных научных дисциплин.

Большой интерес вызывает анализ дискуссий о логике теории от­носительности Эйнштейна, о внутренней связи и субординации ее категорий. Полемизируя с точкой зрения акад. А.Д. Александрова о «перевернутости» логики теории относительности, авторы, на наш взгляд, правомерно проводят мысль, что невозможно с самого нача­ла постулировать абсолютное единство пространства и времени, так* как оно есть результат определенного этапа теоретического познания предмета, поэтому действительный выход из трудности состоит не в критике логики теории относительности, а в диалектическом осмыс­лении понятия системы отсчета, позволяющем преодолеть позити­вистские извращения.

Один из существенных недостатков книги Ж. Абдильдина и А.Нысанбаева - отсутствие полемики с аналогичными работами в области логики науки. Эта книга, показывающая, сколь сложен и тер-’ нист путь философского анализа методологических проблем час тно­научных теорий, к тому же написанная с нетрадиционных позиций, может, конечно, вызвать И определенные дискуссии. Однако нельзя Hei признать, что перед нами содержательное исследование, позволяющее по-новому взглянуть на ряд проблем научного познания.

В. А. Лекторский

ПРИНЦИП ПРОТИВОРЕЧИЯ В СОВРЕМЕННОЙ НАУКЕ АЛМА-АТА: НАУКА, 1975.

Проблема диалектического противоречия в теоретическом освое­нии действительности продолжает оставаться одной из серьезнейших проблем материалистической диалектики. Рецензируемая моногра­фия, подготовленная сотрудниками отдела диалектического материа­лизма Института философии и права АН КазССР, как раз и посвящена этой проблеме. Она выполнена под руководством и при участии чле­на-корреспондента АН КазССР Ж.М. Абдильдина.

Книгу условно можно расчленить на два, не совпадающие по объ­ему, раздела: общеметодологический (охватывающий первую главу) и «прикладной» (включающий остальные главы), в котором, как ска­зано во «Введении», «на материале естественных наук показывается продуктивность диалектико-логического понимания категории проти­воречия, раскрывается роль принципа противоречия в формировании развитии научных теорий» (с.

214). Рассмотрим теперь боле подроб­но, в какой мере замысел и интенции авторов нашли свою реализацию в изданной коллективной монографии.

Отметим также, что в книге осуществлена попытка провести еди­ную точку зрения на природу и роль диалектического противоречия в познании. Это обстоятельство обязывает нас более подробно оста­новиться на первой главе, носящей название «Диалектическая логика о сущности диалектического противоречия в познании» (автор Ж.М. Абдильдин). На наш взгляд, автор поставил перед собой задачу не столько развития собственных взглядов на категорию диалектичес­кого противоречия (хотя и эти моменты имеются), сколько глубокого обобщения того положительного, что на сегодняшний день выработа­но по этому вопросу в марксистской философии.

Вопрос о том, допустимо ли в логически правильном мышлении противоречие, имеет почти двухтысячелетюю историю: доказатель­ством тому - хотя бы знаменитые апории Зенона из Элей. В этой связи автор, по нашему мнению, вполне оправданно обращается к истории философии, причем начинает не «с самого начала», а рассматривает лишь концепции Канта и Гегеля, что, на наш взгляд, в данном случае опять же имеет свои основания.

Ж.М. Абдильдин справедливо обращает внимание на то, что и в «докритический» период своей деятельности, в частности, в трудах

«Всеобщая естественная история и теория неба» и «Введение понятия отрицательных величин в философию», Кант постоянно сталкивает­ся с проблемой диалектического противоречия и своеобразно реша­ет ее, хотя нигде и не упоминает о диалектике. Автор отмечает, что в этот период Кант достиг значительных результатов в понимании роли противоречия в объективном развитии, а также в признании его зна­чения для решения проблем космологии. Но тем не менее Кант «не смог осознать ее (категории противоречия. - Э.И. и А.Х.) методоло­гическую и логическую функции» (с. 219), а «в дальнейшей работе философа этот продуктивный аспект не получил должного развития» (с. 218).

По сравнению с предшествующей философской культурой Кант в «критический» период своей философской деятельности в понима­ние противоречия внес нечто новое, а именно он «связал проблему противоречия, антиномии с особой познавательной способностью - е разумом и его стремлением познать безусловное, реализовать полный синтез» (с.

225). Несмотря на то, что сам Кант видел в этом недоста­ток разума, объективно-исторически заслуга его философии состоит в том, «что она доказала необходимость противоречия, антиномии в употреблении разума за пределами опыта» (с. 227). В главе отмеча­ются также существенные недостатки кантовского понимания проти­воречия. Ведь Кант был «убежден, что всеобщим условием научного знания является его непротиворечивость» (с. 231).

По-иному на природу и роль диалектического противоречия смот­рел Гегель. Автор показывает, что «Гегель не просто описывает, не просто дает дефиницию понятия противоречия, не рассказывает, не рассуждает об отличии его от других философских понятий и кате­горий, а пытается исследовать содержательно, раскрыть категорию «противоречия» во всей ее конкретности, тотальности, выявляя сна­чала ее всеобщие определения, после чего шаг за шагом раскрывая более конкретные определенности» (с. 234). Далее подробно анали­зируются как положительные, так и негативные стороны гегелевской трактовки противоречия.

Переходя к марксистскому решению вопроса, Ж.М. Абдильдин отмечает: «Раскрытие противоречия объекта и путей его рациональ­ного разрешения - главное в диалектико-материалистической логике» (с. 242) и подвергает тщательному анализу взгляды классиков марк­сизма. .

Известно, что в современной марксистской философской литера­туре существуют различные представления о категории диалектичес­кого противоречия, о специфике противоречия в научном познании. Позиция автора вполне определенна. Он исходит из того, что посколь­ку сущность всех предметов противоречива, постольку конкретное понятие ее возможно лишь как тождество противоположных опреде­лений, т.е. как содержащее внутри себя противоречие. Что же касается закона запрета противоречия в формальной логике, то он, согласно ав­тору, может быть адекватно осмыслен лишь «как закон языкового вы­ражения мышления» (с. 246). В литературе существует мнение о диа­лектическом противоречии как противоречии «в разных отношениях» (см., например, многочисленные работы И.С. Нарского). Полемизируя с этим воззрением, Ж.М. Абдильдин отмечает: «Противоречия, содер­жащиеся в разных отношениях, не являются диалектическими проти­воречиями» (с. 262). К этому можно добавить, что, более того, они во­обще не являются противоречиями в подлинном смысле этого слова. Автор утверждает, что «противоречие, понимаемое в одно и то же вре­мя и в одних и тех же отношениях, является важнейшим условием те­оретического познания, понимания предмета. Когда же противоречие трактуется как противоречие в разное время и в разных отношениях, то происходит потеря сущности, теоретического понятия» (с. 264).

В этом вопросе, на наш взгляд, автор проводит ту глубоко правиль­ную трактовку в понимании диалектического противоречия, которая зародилась еще в глубокой древности и, развиваясь и обогащаясь, про­шла через все подлинно философские системы и которая была при­нята марксизмом. Эта трактовка связана с такими мыслителями как Гераклит, Гегель, Маркс, Ленин.

Но, как и всякая работа, труд Ж.М. Абдильдина не свободен от отдельных недостатков. Имеются некоторые замечания к общей трактовке диалектического противоречия. Так, например, он подчас идентифицирует единство и тождество, взаимодействие и взаимопро­никновение. Но ведь единство противоположностей и тождество про­тивоположностей суть различные моменты. Единство противополож­ностей может иметь место и без их тождества (например, единство правого и левого), ибо тождество есть не внешнее сосуществование противоположностей, но их внутреннее соотношение, так сказать, «единство единства и не-единства», т.е. оно есть противоречие. То же самое можно сказать и о двух других категориях: первая выражает,

скореє, внешнее, вторая - внутреннее отношение противоположнос­тей.

...В целом же рецензируемая коллективная монография, по наше­му мнению, является весьма серьезным вкладом в разработку теорий материалистической диалектики.

Э.В. Ильенков, доктор философских наук, А. А. Хамидов

<< | >>
Источник: Абдильдин Ж.. Собрание сочинений в десяти томах / Жабайхан Абдильдин. -Алматы: Изд. «Кдзыгурт»,2010. Т.2.-400 с.. 2010

Еще по теме ПРИЛОЖЕНИЕ:

  1. Приложения
  2. Приложение.
  3. Приложение
  4. Приложение
  5. ПРИЛОЖЕНИЕ
  6. Дополнительная литература к Приложению
  7. Приложение №1 Социальная толерантность: обзор западной англоязычной литературы
  8. Приложение №4 Сводные миграционные карты
  9. Приложение № 2 Социальная толерантность: обзор российской литературы
  10. Приложение № 3 Концепция когнитивной истории, как потенциальная основа исследования толерантных практик
  11. Арсеньев А.С.. Философские основания понимания личности: Цикл по­пулярных лекций-очерков с приложениями: Учеб, пособие лля студ. высш. учеб, заведений. — М.: Издательский центр «Ака­демия»,2001. — 592 с., 2001
  12. Приложение I. Терминыυπόμνημα, υπομνηματίζω у Марина в Vita Procu.
  13. ОГЛАВЛЕНИЕ:
  14. СОДЕРЖАНИЕ
  15. К ЧИТАТЕЛЮ