<<
>>

§ 10. Многообразие и единство мира

Знакомство с предыдущим материалом показывает, что мир бесконечно многообразен в своих качественных и количе­ственных проявлениях. Из бесчисленного множества раз­личных состояний и структурных уровней реальности мы рассмотрели лишь только часть, наиболее видимую и дос­тупную сегодня нашему познанию.

Но и каждый из этих уровней, каждое состояние в свою очередь характеризуются специфическими пространствен­но-временными свойствами, формами движения и т.п. Мир непреходящ как бесконечное целое и в то же время в отдель­ных своих частях и проявлениях изменчив и преходящ. Он движется и развивается, причем не только по пути станов­ления и усложнения своей структуры, но и наоборот — по пути разрушения и деградации, что постоянно изменяет его количественные и качественные характеристики.

Итак, с одной стороны, мир в своем многообразии неодно­роден, а с другой — являет собою некую универсальную целое-

тность, образуя неразрывное единство всех своих составных частей.

Последнее утверждение требует специального поясне­ния, так как вопрос о единстве мира вовсе не очевиден. При более детальном исследовании он порождает множество других остающихся без ответов вопросов, а возможно, и во­обще неразрешимых проблем. Отсюда острые философские дискуссии и серьезные разногласия по поводу того, един ли мир, и если да, то в чем состоит его единство?

Фундаментальные Решение указанной проблемы непосред- основы единства ственно зависит от исходной мировоз- миРа зренческой позиции, на которой стоит

тот или иной философ. Те, которые считают, что дух (Бог, вечные идеи, сознание и т.п.) является сверхприродным на­чалом, отделенным от вещественной и протяженной приро­ды, на проблему единства мира смотрят, разумеется, совер­шенно иначе, чем те, которые признают в качестве основы всего сущего вечную, несотворенную и обладающую различ­ными атрибутами материю.

В первом случае речь идет о так называемых идеалистах, которым весь мир представляется как бы в двух ипостасях: один — идеальный (истинный), а другой — вещественный, материальный (неистинный, так как сотворен Богом или яв­ляется только видимостью, кажимостью для познающего субъекта). Здесь возможны различные позиции, как утверж­дающие единство мира, например, на основе его бытия или вселенской духовности, так и отрицающие такое единство.

В противоположность подобным взглядам сторонники материалистического монизма, признающие в качестве един­ственной субстанции материю, стремятся объяснить един­ство мира, исходя из него самого, рассматривая его как са­модовлеющий, ни в ком и ни в чем не нуждающийся для поддержания своего бытия, который из самого себя порож­дает все многообразие сущего. Наиболее трудные задачи, ко­торые приходится решать в этом случае, состоят в том, что­бы привести бесспорные доказательства бесконечности (или

конечности) мира, не имея сегодня (а может быть, и в прин­ципе) возможности заглянуть за постоянно отодвигающие­ся пределы исследованного микромира и познанной Все­ленной. Также предельно трудно объяснить источник, причину всеобщего движения, если для всего движущегося нет движимой первопричины, т.е. если движение никем не предопределено, заранее не задано, но существует, то отку­да оно? Как доказать единство различных полей (гравитаци­онного, электромагнитного, слабого и сильного взаимодей­ствия, а в свете новых научных данных говорят также и о биополе, ноосфере), если не создана единая теория поля, хотя и работают над этим усиленно со времен Эйнштейна? Наконец, как объединить в нечто целое (единое) неживое и живое, живое и духовное, если по своей природе и формам проявления они принципиально отличны?

В своих ответах на эти и подобные им вопросы сторон­ники данной позиции, не принимающие ничего на веру, признают в качестве доказательства только рациональное обоснование и согласующийся с ним опыт и опираются в этом на общечеловеческую практику и науку, природа ко­торой также сугубо рациональна.

Можно и не соглашаться с доводами разума, но тогда следует признать, что у нас не больше оснований принимать что бы то ни было на веру, отвергая тем самым путь иска­ний и сомнений, открытий и заблуждений, «любомудрия», в конечном счете ведущих нас от незнания к относительно­му знанию, от частичного знания к более полному и т.д.

Аргументы Итак, начиная с XVIII в., когда наука

науки окончательно оформилась в самостоятель­

ную сферу человеческой деятельности, по­явилась возможность с ее помощью более аргументированно отстаивать единство мира, не прибегая к потусторонним си­лам. Так, теория Канта—Лапласа, объяснявшая естественное происхождение планет из первоначальной «туманности», дала основание говорить о единстве космических тел Солнеч­ной системы; закон сохранения и превращения энергии по­

казал, что все силы, действующие в природе, являются раз­личными формами проявления универсального движения; теория клеточного строения живых организмов позволяет структурно объединять все живое; периодический закон Д.И.Менделеева связал воедино все химические элементы, а теория происхождения видов Ч.Дарвина не только объясни­ла единство многообразия всего живого, но и приоткрыла возможности для понимания природы идеального сознания как неразрывно связанной с живым веществом. Данная тео­рия характеризуется переходом от изучения отдельных вещей к изучению процессов и состояний, от разъединения приро­ды к объединению ее в единую систему, что позволило затем лучше понять генезис человека и его сознания, определить их реальное место в мире и в конечном счете показать единство человека и природы.

Создание теории относительности и квантовой механи­ки в нашем столетии существенно расширило и укрепило понимание того, что мир един и все со всем взаимосвязано. А с появлением во второй половине XX в. мощнейших ус­корителей современная наука еще больше продвинулась в изучении микромира и сумела доказать единство поля и ве­щества, корпускулярных и волновых материальных объек­тов, обосновала неразрывное единство материи, движения, пространства и времени.

Таким образом, мир един, потому что на самом элементарном уровне — это не что иное, как элементарные частицы и фундаментальные взаимодействия. С точки зрения современной теоретической физики нет проблемы в том, что это так. Для физиков это даже в каком- то смысле очевидно, и ситуация такова, что кто с этим не согласен, должен доказывать, почему это не так.

Помимо естественнонаучных доказательств идея един­ства мира нуждается также и в историческом обосновании, чего нельзя сделать без философии, так как она, рассматри­вая весь мир в виде целостной системы, обнаруживает един­ство в многообразии и многообразие в единстве.

Подводя итог краткого знакомства с проблемой многооб­разия и единства мира, необходимо подчеркнуть, что как сама

постановка этой проблемы, так и ее научнообоснованное ре­шение чрезвычайно важны для познания и целенаправленно­го преобразования действительности. Актуальность данной проблемы возрастает еще больше в современных условиях, когда нужно понимать не только универсальность мировых взаимосвязей, но и в практической деятельности необходи­мо учитывать всеобщий принцип единства природы, где че­ловек лишь часть ее, причем такая, без которой целое может существовать, но сама она (эта часть) без целого — ничто.

Литература

Алексеев П. В., Панин А. В. Философия. Учебник. М., 1997.

Ахундов М.Д. Концепции пространства и времени: истоки, эво­люция, перспективы. М., 1982.

Воронцов-Вельяминов Б. А. Очерки о Вселенной. М, 1980.

Диалектика в науках о природе и человеке: эволюция материи и ее структурные уровни. М., 1983.

Доброхотов А.Л. Категория бытия в классической западноевро­пейской философии. М., 1986.

Дубров А.П., Пушкин В.Н. Парапсихология и современное есте­ствознание. М., 1990.

ДубровскийД. И. Проблема идеального. М., 1983.

Кутырев В.А. Оправдание бытия // Вопросы философии. 2000. № 5. Онтология, гносеология и методология науки, логика. Матери­алы Второго Российского философского конгресса. Т. 1. Ч. 1 и 2. Екатеринбург, 1999.

Онтология, гносеология, логика и аналитическая философия. Материалы Первого Российского философского конгресса. Т. III. СПб., 1997.

Степин В.С., Кузнецова Л. Ф. Научная картина мира в культуре техногенной цивилизации. М., 1994.

Шкловский И. С. Вселенная, жизнь, разум. М., 1976.

Контрольные вопросы

Что изучает онтология?

Почему категория «бытие» считается основной в философии9 Как решалась проблема бытия в истории философии?

В каких основных формах проявляется бытие?

Сводимы ли различные формы бытия друг к другу?

В чем отличие философского понимания материи от естествен­нонаучного?

Как соотносятся категории «бытие», «материя», «субстанция»?

Может ли быть развитие без движения?

Как понимаются в философии пространство и время?

Как соотносятся понятия «движение» и «развитие»?

Какие основные подходы к пониманию сознания сложились в философии?

Как объясняет появление сознания материалистическая фило­софия?

Какие аргументы вы приведете для обоснования единства мира?

Темы докладов и рефератов

Философский смысл проблемы бытия.

Понятие бытия в античной философии.

Человеческое бытие и его специфика.

Проблема субстанции в философии.

Эволюция философских взглядов на материю.

Взаимосвязь материи и движения.

Реляционная и субстанциальная концепции пространства и вре­мени.

Происхождение и сущность сознания.

Современная наука о единстве мира.

<< | >>
Источник: Бучило Н.Ф., Чумаков А.Н.. Философия: Учебное пособие. — М.: ПЕР СЭ,2001. - 447 с.. 2001

Еще по теме § 10. Многообразие и единство мира:

  1. § 3. Единство и многообразие мира
  2. Материальное единство мира и его многообразие
  3. Многообразие и единство бытия
  4. Многообразие мира как проблема
  5. 1. Познание как предмет философии: единство субъекта и объекта, многообразие форм
  6. Единство мира
  7. III.5.5. Принцип материального единства мира
  8. Принцип материального единства мира
  9. Бытие: единство мира
  10. Единство и многообразие языков. Метаязык. Формализованный язык. Машинные языки. Знаковая форма языка. Философия как язык
  11. Сегодня же мира и единства в России в главномвопросе о власти нет.
  12. Единство и многообразие языков. Метаязык. Формализованный язык. Машинные языки. Знаковая форма языка. Философия как язык